Глава 22. Человек в сером
Кабинет Громова находится на третьем этаже. Стеклянные двери, дорогой ремонт, табличка с именем и должностью — всё как у людей, которые хотят выглядеть прозрачными.
Секретарша, молодая девушка с идеальным маникюром, провожает нас взглядом, но не останавливает. Алексей кивает ей, и она исчезает за дверью.
— У вас назначено? — Спрашивает она уже на ходу.
— По личному, — отвечает Алексей, и мы проходим.
Кабинет большой. Панорамное окно выходит на Невский — вид, за который любой чиновник удавится. Стол из тёмного дерева, на стенах — фотографии с губернатором, с мэром, с какими-то важными людьми в костюмах.
Громов сидит в кожаном кресле. Мужчина лет пятидесяти пяти, плотный, с короткой стрижкой и тяжёлым подбородком. В глаза не бросается — таких не запоминают. Идеальная внешность для человека, который хочет оставаться в тени.
Он не встаёт при нашем появлении. Только поднимает бровь.
— Вы кто? — Голос низкий, спокойный. Никакой нервозности. Или он умеет её прятать.
— Эмма Робертс, журналистка, — говорю я. — А это Алексей, мой коллега.
— Журналистка, — он усмехается. — Та самая, которая устроила скандал с Тулой? — Он смотрит на меня с любопытством. — Я читал вашу статью. Много воды.
— Не больше, чем в ваших отчётах, — отвечаю я.
Он хмыкает. Жестом приглашает садиться.
— Хорошо, — говорит он. — Раз пришли — говорите. У меня десять минут.
— Нам хватит, — Алексей садится напротив, достаёт диктофон, кладёт на стол. — Вы не возражаете?
Громов смотрит на диктофон, потом на Алексея.
— Вы кто, я вас не знаю.
— Алексей, — повторяет он. — Я работал с Дмитрием Нахимовым. Возможно, вы слышали эту фамилию.
Тень пробегает по лицу Громова. Короткая, быстрая. Но я замечаю.
— Слышал, — говорит он. — Печальная история.
— Убийство, — поправляю я. — Не история. Убийство.
Громов смотрит на меня. Взгляд тяжёлый, давящий. Я не отвожу глаз.
— У вас есть доказательства? — Спрашивает он. — Конкретные? А не «один человек сказал»?
Я киваю Алексею. Он достаёт из папки копии документов — те самые, из чёрного кейса. Раскладывает на столе перед Громовым.
— Переводы на счета, — Алексей тычет пальцем в строки. — Ваши. За 2017, 2018, 2020 годы. Фиктивные договоры с подрядчиками, которые переводили деньги обратно вам наличными. Показания Кравцова, где он называет вас посредником. И показания Туманова, где он утверждает, что вы лично заказывали устранение неугодных свидетелей.
Громов не смотрит на документы. Смотрит на нас.
— Фальшивки, — говорит он спокойно. — Любой адвокат разобьёт это в суде.