Глава V

Shortparis — Нелюбовь
______________________

Варя стояла в стороне, прислонившись спиной к косяку входной двери. Молча наблюдала, как эксперты осматривали труп.

Склонившись над ванной, они абсолютно не обращали внимания на жуткую картину, от которой у любого нормального человека перехватило бы дыхание: мутная вода, окрашенная в багровый цвет; плавающие сгустки крови, которые отдаленно напоминали медуз; застывшее и слишком спокойное лицо погибшего. Криминалисты кривились и тихо матерились себе под нос, проклиная нерадивого Александра Ивановича Ульянова, который почему-то решил, что самоубийство в ванной — хорошая идея.

Вода, когда-то теплая и ласковая, теперь остыла, превратившись в зловещий коктейль из биологических жидкостей, в которой плавали хлопья свернувшейся крови и мелкие частички кожи. Поверхность жидкости, казалось, рябила от любого движения воздуха, создавая жуткие узоры на багровом фоне.

Тело, лежащее в этой жиже, начало раздуваться, наполняясь ядовитым газом. Кожа приобрела синюшный оттенок, покрылась трупными пятнами. Его смерть, возможно, и наступила быстрее из-за теплой воды, но последствия оказались куда более жуткими — тело начало медленно разлагаться, наполняя квартиру тяжелым смрадом, от которого слезились глаза.

Судя по первичному устному отчету судмедэксперта, Ульянов пролежал в ванной с прошлого вечера, и за это время процессы разложения еще не успели заметно продвинуться. Транспортировать такой труп в морг куда легче, чем если бы его обнаружили на четвертые или, — что еще хуже, — на пятые сутки, когда эпидермис начинает активно отделяться, а внутренние органы претерпевают гниение.

Другое дело — транспортировать окоченевшее тело с какого-нибудь пустыря, там тяжелее повредить целостность тканей.

Варя сунула руку в карман брюк, доставая оттуда носовой платок. Она поднесла его к носу, пытаясь укрыться от удушающей вони, но даже через ткань чувствовала, как противный запах проникал в ноздри, вызывая тошноту и головокружение.

Она вскинула голову, пытаясь сдержать накатывающие слезы.

Это она его убила.

Горло сжалось от подступившего кома. Губы задрожали, и Варя отчаянно пыталась их поджать, спрятать, лишь бы никто не заметил. В груди разрасталась невыносимая боль, словно кто-то невидимый убивал ее, вонзив острую заточку под ребро, проткнув легкое, которое слишком быстро наполнялось кровью. Быстро. Так же, как убили Вову Суворова на перроне вокзала Казань-1.