Глава 14 Правда

Йон в полном недоумении уставился на ангела, не до конца осознавая, что с ним происходит.

Как он оказался здесь средь бела дня?

Упал в обморок?

Этого не может быть, никогда в жизни он не терял сознания. Или же...

- Это ты меня позвал? Говорил же, что можешь приходить ко мне только тогда, когда я сплю.

С серьёзным лицом ангел пристально смотрел на него, нехотя отвечая:

- Обычно это так, но сейчас мне разрешили воспользоваться силой, чтобы я мог быстрее связаться с тобой, - его голос был таким холодным, что Йон покрылся мурашками.

Йон с недоверием оглядел его.

«Сегодня он какой-то странный. Даже жутковато стало».

Но тут он потихоньку начал приходить в себя. Вздёрнув подбородок, он решительно подошёл к юноше, даже толика страха не помешала ему дерзко сказать:

- Знаешь, а я тебя ждал, да. Ты должен объяснить мне, какого хрена происходит с людьми. И если ты пришёл сюда не для этого, то просто проваливай!

- Ты должен успокоиться, прошу тебя...

- Да я спокоен... - вот только по голосу было очевидно его нервозное состояние, - Сначала Мари, потом тётя Ино, а теперь и Роз. Скажи мне, что это, а?

- Я всё расскажу, обещаю, - без малейшей улыбки ангел привычно положил свою ладонь на плечо Йона, мягкими поглаживаниями стараясь угомонить юношу, который на данный момент слабо дрожал, - Только сначала ты скажи мне. В прошлый раз ты мне соврал?

- Что? – Йон вопросительно поднял тёмные брови, не понимая смысла его слов, - Ты это о чём?

- Когда я спросил тебя, нет ли кого-нибудь подозрительного в твоём окружении...

- И? – не выдержал Йон, - Когда это я тебе врал? – однако в этот же момент перед его глазами появилось то самое фарфоровое лицо, обрамлённое серебристыми локонами, которое не даёт ему покоя уже который день, - Да, у меня появился новый друг пару недель назад... Но что с того? Габи неопасен!

- Габи? – лицо светловолосого удивлённо вытянулось. Но затем оно стало ещё более хмурым, чем до этого, - Этот...

- Что? – Йон почувствовал, как атмосфера стала ещё более угнетающей, голова неимоверно болела, будто по затылку снова и снова ударяли булыжником.

Ангел тяжело вздохнул:

- Давай присядем, разговор будет довольно долгим.

Парень нервно усмехнулся и развёл руки, указывая на пустоту, посреди которой они находились:

- Куда?

Юноша в белом одеянии чуть надавил на его плечо, аккуратно усаживая прямо на пол.

- В общем, начнём с того, что, хоть нам и можно изредка связываться с людьми, но мешать их судьбе категорически запрещено.

- Так ты поэтому ничего не говорил мне, когда я тебя спрашивал?

- Именно. Я мог лишь передать тебе то, что мне приказали передать – ни больше, ни меньше.

- А если нарушить правило? – тихо спросил Йон, опустив взгляд. Сейчас, наконец, получив такую возможность, он хотел узнать побольше об этом парне и о том, как всё устроено в его мире.

- Изгнание, - отрезал ангел, - После этого они становятся обычными людьми и живут среди вас, а их воспоминания заменяют на ложные. Чтобы ни он, ни кто-нибудь другой из вашего мира ничего не заподозрили.

- Не так уж и плохо... - Йон задумчиво почесал затылок, слабо улыбнувшись, - Закончить свою жизнь как обычный человек – не самое худшее наказание.

- Ты недослушал, - перебил светловолосый, - Это, и правда, одно из наиболее гуманных наказаний.

- А какое наихудшее?

- Об этом я и собираюсь тебе рассказать, - на лице юноши появилась едва заметная тёплая улыбка, почти такая же тёплая, как при их прошлых встречах, - Так что слушай внимательно.

Йон заметно напрягся, крепко сжав руками щиколотки.

- Когда-то на небесах обитал один талантливый ангел, - умиротворяющий голос начал свой рассказ, - Кто-то ему завидовал, кто-то восхищался. Старшие же очень гордились им, говоря, что в скором будущем его ждёт место правой руки самого Бога – настолько он был силён.
Но однажды другие начали замечать, что он необыкновенно привязан к людям. Он постоянно пропадал в мире людей, наблюдая за ними. Но Старшие говорили, что в этом нет ничего плохого, ведь это не нарушало правила...

- Погоди, - ворвался в повествование Йон, - А кто такие Старшие?

- Те, кто гораздо сильнее нас. Не все из них существуют дольше, но... Это неважно. Главное то, что именно они дают нам, простым посыльным, указания. Можно сказать, что мы всего-навсего выполняем грязную работу. Но, - ангел чуть откашлялся, - Я продолжу. Этот самый талантливый ангел хоть и вёл себя странно, но правил не нарушал, поэтому ему всё сходило с рук. Однако он, как ты уже догадываешься, всё же, оступился. И не раз.

Постепенно голос юноши становился всё холоднее и суровее, заставляя Йона поёжиться в страхе от того, что ему предстоит услышать дальше.

- В первый раз ему сошло с рук то, что он влез в судьбу человека. И не просто человека... - на время он, задумавшись, замолчал, но потом мотнул головой и произнёс, - Ладно, об этом я скажу позже.

Йона не совсем устраивало то, что ему придётся ждать, но он смиренно промолчал.

«Вдруг я его разозлю, и он вообще не станет мне больше ничего рассказывать?»

Тем временем ангел, поправив белоснежную ткань на плече, спокойно продолжил:

- На первый раз его простили, чего никогда не происходило раньше. Но я уже говорил, что Старшие благоволили ему, так что ему даже не пришлось искать оправданий, - своей ледяной усмешкой он заставил Йона покрыться мурашками и отсесть подальше от него, - Однако их терпение не безгранично... И когда он совершил свой второй проступок, Старшие очень сильно разозлились.

- Что за проступок? - Йон нахмурился, пристально вглядываясь в лицо ангела.

Неужели он настолько самонадеянный, что решил, будто может совершить любое зло и остаться в любимчиках?

- Он убил человека, и не одного. Как оказалось, в тайне ото всех он сотворил отвратительных существ, которые каким-то образом могли взаимодействовать с людьми. С помощью них он и совершал свои преступления.

Глаза Йона в страхе округлились, руки задрожали, а голос звучал тихо и сипло:

- Это... Я правильно понимаю, что эти существа...

- Да, те самые, что навредили твоим знакомым и друзьям. Но вскоре жертв станет ещё больше.

Йон не знал, что сказать на это. Он сидел словно парализованный, будучи не в силах даже моргнуть, от чего его глаза заслезились:

- Но как? Разве того ангела не изгнали? Ты же сказал...

- Изгнали, - утвердительно кивнул ангел, - Но он не стал человеком, и воспоминания его не были стёрты.

- Почему? Хочешь сказать, что среди нас, в мире людей, ходит бессмертный?

- Так и есть. Всё, что с ним сделали – это лишили сил и бросили в ваш мир, чтобы он бесцельно бродил по земле, без права на смерть, без права на нормальную жизнь. Пожалуй, это самое жестокое наказание, которое Старшие применяли к кому-либо.

- Жестоко... Но, если он совершил те преступления, то, наверное, это справедливо... Только, раз он лишился своих сил, то как сейчас он может создавать этих тварей?

- Я же говорил, что он необыкновенно сильный и талантливый, - снова ухмыльнулся ангел, - За столько тысячелетий он частично смог восстановиться. Хоть этого и недостаточно, он может черпать силу от людей, обладающих ангельской сущностью.

- А это ещё что? – Йон вопросительно приподнял тёмную бровь, - И такое бывает?

- Очень редко, - на секунду его глаза заметно блеснули при взгляде на него, - А вот теперь пришло время рассказать тебе о том человеке, в чью судьбу вмешался ангел.

«Наконец-то!» - если бы Йон не был так напуган, и будь ему лет семь, он бы, скорее всего, захлопал в ладоши от радости. Но на данный момент он был в оцепенении и просто поджал губы, полностью сосредоточившись на говорящем.

- Тот человек как раз и обладал природой ангела. Конечно, он не был бессмертным, хоть и прожил дольше многих других. Зато он мог предсказывать будущее по снам, чем очень сильно помогал людям. Возможно, поэтому он так привлёк его внимание.

«И всё? - усмехнулся про себя Йон, - Прямо как моя бабушка».

- Ты можешь сказать, что этого таланта маловато и это не то, чего ты ожидал. Но, поверь, внутри него таилась невероятная мощь. Жизнь его была очень сложной, он много страдал, так что этому человеку после смерти была дарована замечательная возможность – снова попасть в мир людей и прожить нормальную новую жизнь гораздо лучше и счастливее чем предыдущую.

- Так, и что с того? – порывшись в воспоминаниях о том, что ему рассказывала Суа на ночь вместо сказок, Йон кое-что понял. И пусть это может прозвучать глупо, он всё равно решил озвучить свои предположения, - Неужели тот человек – пророк Йозеф? Тот самый?

На его удивление ангел, наконец, мягко улыбнулся:

- Да, ты прав.

- А какое отношение это всё имеет ко мне? Судя по твоим словам, тот изгнанный ангел начал создавать странных тварей за счёт того, что отбирает силу у этого самого переродившегося пророка. Так почему бы тебе не пойти к нему и не рассказать обо вс... - подняв взгляд на светловолосого юношу, Йон увидел тот самый взгляд, которым обычно смотрят на ребёнка, что не может сложить дважды два, но при этом сходу отгадывает любую загадку, - Ты чего... Я... Нет, это же чушь. Я просто... - нервно посмеявшись, Йон ждал, когда его собеседник продолжит свою историю, но прошло десять секунд, двадцать... Ничего, - Хочешь сказать, раз я – Йозеф, то Габи...

- Не зови его так! - раздражённо перебил ангел, впервые за всё время повысив голос, - Он лишился права на это имя в одночасье после того, как был изгнан за всё зло, что он сотворил... Этот бессовестный!

В глазах у Йона потемнело, головная боль усилилась, а лёгкие туго сдавило.

Нечем дышать... Воздух... Дайте воздух...

Если бы он сейчас стоял, то точно упал бы от подступившего головокружения.

На последнем издыхании он промямлил, накрыв лицо ладонью и разминая переносицу в надежде погасить мучительную боль:

- И как же мне его звать?

До него донёсся тихий голос. Тихий? Или это Йон от шока частично лишился слуха...?

- Нечистый... Вы давно уже сами дали ему имя...

- Нет, пожалуйста... Не надо... - полу-хныча умолял Йон, вцепившись рукой в свои непослушные кудри, - Пожалуйста... Прекрати...

- Тот, кто наплевал на чужие жизни, нарушив все правила, - не унимался ангел, - В вашем мире его назвали Сатаной.

«Да что за херня!» - Йон до последнего отказывался принимать то, что только что услышал:

- Разве Дьявол не должен быть таким же сильным, как сам Бог, и править в Аду?

- Не неси чепухи, - иронично посмотрев на парня, он ухмыльнулся, что ещё больше отдалило его от образа той «Булочки», который так крепко укоренился в голове Йона, - Таким образом люди просто проявили свою фантазию, размышляя о нашем мире. Но в нём всегда был лишь один правитель – это Бог. Будь то Ад или Рай – всё это его, а этот ничтожный – просто нарушитель. Он недостоин даже того, чтобы жариться в Аду. Нужно было просто уничтожить его, чтобы он больше не приносил зло и разрушение ни в наш мир, ни в ваш.

«Это просто какой-то бред...» - покачиваясь, Йон опёрся об угольно-чёрный пол, чувствуя, как грудная клетка невыносимо горит изнутри, не позволяя сделать и вдоха:

- И что мне теперь делать?

Что ему теперь делать со своими чувствами? Как он мог так облажаться... И в тот раз, когда Габи исчез утром и его не было целую неделю... Когда погибла Мари...

- Он может забрать твою силу только через прикосновение, нужно просто избегать с ним любого контакта. Надеюсь, вы с ним ещё не успели достаточно сблизиться... Иначе он может что-то заподозрить и просто убить тебя, за раз отобрав всё, что есть в тебе.

«Убить? - уже в бреду спросил себя Йон, - Он так хорошо относится ко мне... Неужели всё это только для того, чтобы создавать этих существ?»

- Теперь ты всё знаешь, - по-видимому, на прощанье, сказал ангел, - Будь осторожен. А мы пока будем решать, как изловить это ничтожество и уничтожить незаметно от людских глаз.

«Ничтожество...» - Йон ощутил подступающую тошноту, тупо уставившись в никуда невидящими глазами.

Заметив его состояние, юноша с небольшим беспокойством погладил его по руке, до сих пор крепко сжимающей ногу:

- Всё хорошо? Не бойся, скоро всё будет, как раньше, - утешительно улыбнувшись, ангел поднялся и медленно ушёл в чернеющую пустоту.

- Стой, - тихо прохрипел Йон, уже теряя сознание.

Открыв глаза, Йон очнулся весь мокрый от пота посреди своей комнаты, лёжа на светлом ковре.

Кое-как поднявшись на пошатывающихся ногах, он с трудом добрался до ванной и включил холодную воду в душе. Подставив своё позеленевшее измождённое лицо ледяному напору, он немного постоял, ожидая, что противная тошнота, наконец, отступит.

Когда он в полуобморочном состоянии, словно зомби, доплёл до комнаты, то свалился на кровать, взяв в руки телефон.

05:04

«Блять...»

По понятным причинам он вовсе не ощущал бодрости, а головная боль так и продолжала мучать обессиленное тело, мешая уснуть.

Так что Йон ещё около часа пялился в потолок, пытаясь переварить всю эту информацию, которую в него влили.

Однако мысли никак не могли собраться воедино, лишь одна за другой мечась в его голове, будто стая мошкары.

В конце концов, Йон медленно впал в глубокий сон, отбросив все размышления и страхи на следующий день.

***

Позже утром Йон еле смог разлепить опухшие веки. Чувствуя небывалую усталость, он понял, что сегодня вряд ли сможет дойти до универа, не говоря уже о том, чтобы сидеть на парах.

Собираясь снова погрузиться в дремоту, он неожиданно вспомнил о произошедшем ночью, резко распахнув свои тёмные глаза.

Точно.

«Этот пернатый... Наговорил мне кучу всего...»

И что ему со всем этим делать?

Йон хотел спокойно уснуть, но сейчас он растерянно подумал:

«Я не готов. Не хочу идти туда. Но в прошлый раз, когда я не пришёл, он всё равно отправился меня искать».

Поразмыслив немного, он включил телефон и принялся писать сообщение Рози:

09:21

«Забыл написать эссе. Не хочу, чтобы влетело, так что сегодня не приду».

Таким образом, у него не будет повода, чтобы прийти к Йону.

Отбросив чёрную блестящую коробочку, он провёл ладонью по мрачному лицу.

Провалявшись на кровати до полудня, Йон поднялся и, переодевшись, спустился вниз, на кухню. Никого там не обнаружив, он подошёл к столу и взял прозрачный стеклянный кувшин, налив воды себе в стакан.

«Похоже, она ушла навещать тётю Ино. Интересно, когда её выпишут?»

Этот вопрос он задал себе лишь для того, чтобы занять свою голову хоть чем-нибудь, что могло отвлечь его от пугающего и болезненного чувства. Но, разумеется, это не подействовало.

В полном смятении он надел пуховую зимнюю куртку, натянул ботинки и вышел на заснеженный задний двор. Ледяная пыль падала с неба и, сияя и переливаясь в свете солнца, приземлялась на ступеньки уютного двухэтажного домика, на старую поскрипывающую качель.

Йон выдохнул клубок пара и легко, без тени эмоций на лице, прыгнул в свежий сугроб - его ноги тут же утонули в снегу. Бросив взгляд на яркое голубое небо, юноша закрыл глаза и просто отклонился назад с раскинутыми руками, свободно падая в большой пушистый ворох снежинок.

Он всё лежал и лежал на этой холодной перине, наблюдая за проплывающими мимо сероватыми густыми облаками, с которых будто бы сыпалась сахарная пудра, опускаясь на смуглое лицо парня.

Как ему поступить? Стоит ли верить словам этого странного типа?

А кому вообще можно доверять?

С Габи он провёл больше времени. И Йон никогда не ощущал от него угрозы...

Однако в этот раз ангел был серьёзно настроен - не было похоже, что он врал.

Юноша лихорадочно прокручивал в своей голове:

«А что, если я устрою проверку? Если он только при помощи прикосновений может забрать силу и создать ещё одно существо...»

Бред.

Откуда знать, насколько хватает силы, которую он отобрал за один раз? Сколько их можно создать? Одного, два... больше? Это абсолютно бесполезно.

«Если тот пернатый прав, то Габи по-настоящему опасен...»

Это значит, что нужно полностью оборвать с ним все связи.

Эти слова прошибли насквозь, на время лишив возможности слышать и чувствовать холод, от которого кожа на руках обморозилась и заметно покраснела, покрывшись маленькими трещинками.

Из глаз покатились маленькие солёные капли. Некоторые из них зацепились за шоколадного цвета локоны, превращаясь в крохотные льдинки. Другие падали вниз, растапливая блестящий снег.

«Будь осторожен. А мы пока будем решать, как изловить это ничтожество и уничтожить незаметно от людских глаз», - слова юноши из сна эхом пронеслись в его затуманенном сознании.

«Они хотят убить его...» - Йон так сильно зажмурился, что перед глазами заплясали разноцветные огоньки. Уголки губ нервозно задрожали.

И что с того?

Он же сам сказал, что это наказание справедливо для такого нарушителя.

Но ведь он говорил об изгнании, а не об убийстве...

И он не знал, что речь идёт о Габи!

У Йона никак не укладывалось в голове, что этот добрый и ребячливый парень способен на такие ужасные вещи...

«Таким хорошим он был только чтобы втереться к тебе в доверие. Ты совсем придурок?» - его подсознание в очередной раз решило поиздеваться над ним.

От злости то ли на себя, то ли на всю эту ситуацию, юноша со всей силы ударил рукой по недавно примятому снегу, оставляя на нём неглубокую ямку.

Спустя полчаса он в полной апатии приподнялся и начал отряхивать занемевшие от холода руки и ноги.

Когда Йон вернулся в дом, Суа уже во всю хозяйничала у плиты, напевая под нос незнакомую ему песню. Завидев в дверях с головы до ног покрытого снегом внука, она удивлённо спросила:

- Ты чего? На улице поскользнулся?

- Можно и так сказать, - пробормотал Йон, снимая верхнюю одежду.

Он уже собирался подняться к себе в комнату, но бабушка снова позвала его:

- Погоди, подойди сюда.

Йон послушно подошёл к кухонному столу:

- Ты что-то хотела?

Суа тепло улыбнулась, накрыв крышкой небольшую кастрюлю, от которой шёл густой пар.

Потрепав Йона по голове, она скрылась за дверями своей комнаты, а затем снова вышла с картонной коробкой в руках:

- Ты же помнишь, что осталось всего две недели до зимнего бала?

Похоже, этого праздника она явно ждала больше, чем сам Йон. Юноша постарался поднять уголки обмороженных губ в как можно более правдоподобной улыбке:

- Конечно, помню. Такое забудешь. И не «всего» две недели, а «целых» две недели.

- Не суть. Главное, что я успела.

- Что успела? – парень недоумённо уставился на коробку, аккуратно перевязанную красной лентой.

- Ты забыл, что ли? – хихикнула Суа, заправив прядку волос за ухо, - Открой.

Йон медленно поднял замёрзшие подрагивающие руки к коробке, развязав шёлковый бант и открыв тонкую крышку.

- Сюрприз! – просияла женщина, - То есть, это не совсем для тебя, но... Ты только погляди, какой красивый! Я даже сама удивилась, что так хорошо вышло.

Покрасневшими пальцами он подхватил рукав аккуратно сложенного мягкого и пушистого свитера:

- Это...

- Я уверена, что твоему другу очень понравится!

Свитер был, и правда, очень красивый. Петелька к петельке, белый и прекрасный аквамариновый цвета сменяли друг друга, создавая прекрасное сочетание. Слева, на груди, красовался силуэт маленького оленя с извилистыми рогами.

Когда Йон осознал, что происходит, на его глазах снова стали наворачиваться слёзы. Но он сдержался и, быстро проморгавшись, закрыл коробку:

- Спасибо, - шмыгнув носом, он немного посмеялся, - Осталось найти подарок для Рози – самое сложное.

Он уже повернулся к лестнице, но Суа остановила его, озабоченно оглядев его лицо:

- Йон, что произошло? Я же не глупая. Почему ты сегодня не пошёл на учёбу?

Юноша посмотрел в глаза бабушке – человеку, с которым он всегда делился своими проблемами, у которого мог спросить совета и не бояться быть высмеянным. Конечно, в этот раз он не мог поведать ей обо всём, но решил ответить:

- Поссорился с другом.

- Оу... - расстроенно выдохнула Суа, - Всё настолько серьёзно, что ты пропустил пары?

- Ба, - да, сейчас Йон выглядел полным нытиком, но он ничего не мог поделать - ему необходимо было всё с кем-нибудь обсудить, хотя бы в такой форме, - Он оказался совсем не тем человеком, которым я его считаю... считал.

Суа утешительно погладила его по голове, растрепав кудрявые волосы:

- Такое часто случается, но... - она сделала небольшую паузу, - Не знаю, что он такого сделал, но как на счёт того, чтобы поговорить с ним и всё обсудить? Не нужно бежать от этого, лучше выяснить всё сразу, иначе потом станет только хуже.

- Да я знаю, - усмехнулся Йон, - Но мне сказали...

- Тебе «сказали»? – Суа легко посмеялась, щёлкнув пальцем по лбу парню, - Сколько раз я тебе говорила, что не нужно полагаться на чужие слухи, а?

- Да, да... - пробормотал он себе под нос.

«Это бесполезно. Но я не могу ей рассказать».

Забрав коробку со свитером, он поднялся в свою комнату.

***

На следующий день Йон, с трудом взяв себя в руки, пришёл в универ.

- Ну что, прогульщик, эссе написал? – поддразнила его Розали, пихнув плечом.

Рассеянно улыбнувшись, Йон быстрым шагом направился в аудиторию, то и дело оглядываясь по сторонам. Увидев его странное поведение, Рози лишь забавно усмехнулась, отправившись вслед за другом.

Вчера вечером он так ни к чему и не пришёл, так что на время решил держаться на расстоянии от Габи.

Вот только сказать было легче, чем сделать.

Возможно, он продержится несколько дней, а что дальше?

К тому же, за этот месяц Йон успел очень сильно привязаться к нему. В конце концов, они почти всё время проводили вместе.

Он упорно отказывался верить своим снам, пока не убедится во всём лично. Однако и говорить с Габи он был совсем не готов.

В нервозном состоянии, перебегая из аудитории в аудиторию, он так и провёл весь день, что чертовски выматывало. К тому же, из-за вчерашних валяний в снегу Йон чувствовал недомогание, что было совершенно некстати.

На плетущихся ногах он шёл по пустому коридору, освещённому тусклым светом ламп, и вытирал покрасневший нос рукавом толстовки.

За окном уже стемнело, и на фоне неба едва виднелись очертания деревьев, опыляемых с неба маленькими льдинками.

Йон брёл к выходу, уныло уставившись в пол.

Утонув в своих мыслях, он даже не заметил высокую фигуру, стоящую впереди.