ГЛАВА 2: ЧЁРНЫЕ ЧЕРЕПА
Спортзал на базе BOPE в районе Ларанжейрас пах раскалённым железом, старыми кожаными матами и едким, въевшимся в стены солёным потом. На торцевой стене, прямо над рядами тяжелых гантелей, красовалась огромная эмблема батальона — пронзённый тактическим ножом человеческий череп на фоне двух скрещённых пистолетов. Символ «Фака на Кавейра». Знак, который для каждого жителя Рио-де-Жанейро означал одно: пришли те, кто не берёт пленных.
Мариана Коста тяжело, со свистом дышала через нос, стоя в центре татами. Её длинные чёрные волосы были стянуты в тугой, почти хирургический узел на затылке, а по вискам и шее крупными каплями катился пот, размывая меловую пыль на бледной коже. Плотная чёрная майка открывала плечи и предплечья, сплошь покрытые свежими фиолетовыми синяками. Мариана не отличалась высоким ростом или широкой костью, но в том, как плотно её стопы, испачканные в тальке, прижимались к мату, чувствовалась железная, почти упрямая привычка стоять на своём до самого конца.
Против неё, тяжело переступая с ноги на ногу, двигался сержант Силва — стокилограммовый штурмовик, чья шея была шире, чем голова Марианы.
— Давай, капитан, — ухмыльнулся он через капу, выставляя вперёд массивные ладони в окровавленных боксёрских бинтах. — Только не говори, что штабная работа сделала тебя мягкой.
Мариана не ответила. Её большие карие глаза сузились, превратившись в две тёмные щели. Она органически не переносила пустую болтовню. В фавелах, где секунда промедления стоила жизни, красивые слова не работали. Она оценивала мужчин по их делам, а врагов — по степени их опасности. Силва был отличным парнем и надёжным щитом в штурмовом порядке, но сейчас он совершал главную ошибку: недооценивал её из-за веса.
Сержант резко пошел вперёд, взрывным движением выбрасывая короткий, тяжелый правый хук. Воздух свистнул у самого лица Марианы. Вместо того чтобы попятиться — что было бы естественной реакцией на удар такой массы, — Коста сделала резкий шаг навстречу, на опережение. По законам джиу-джитсу, сила крупного противника — это его же приговор.
Нырок под волосатую, влажную руку Силвы, жесткий, до хруста суставов, перехват за локоть и мгновенный проход за спину. Сержант взревел, попытавшись резко податься назад и раздавить её своим весом о мат, но Мариана уже замкнула удушающий захват «мата-леон» на его горле. Её предплечье врезалось в его сонную артерию.