6. Сосед

— Гордеев, ты идиот? Меня оштрафовать могут, если кто узнает, что это я!

— Ну а хотя бы просто себе на память разве не хочешь сохранить? Вдруг когда-нибудь этот дом решат достроить и закрасят всё?

— Ты придаёшь им слишком много значения, — равнодушно бросила я и достала плеер. Красиво проигнорить его, всунув в уши наушники, не вышло, так как их ещё пришлось распутывать, что начало понемногу раздражать.

— Давай помогу, — он аккуратно взял некоторые тоненькие проводки и достаточно быстро и ловко распутал их, даже не дав мне опомниться и отказаться. — Что слушаешь?

— Тебе вряд ли зайдёт, — пожала я плечами.

— А можно не решать за меня? — он чуть наклонил голову вбок, заглядывая с улыбкой мне прямо в лицо. Я чуть промотала назад и вручила ему один маленький наушник. Записанная сегодня песня Пинк «Don't let me get me» была очень весёлой по звучанию, а если у него с инглишем не очень, то смысл он вряд ли поймёт. Так я по крайней мере себя успокаивала.

— Весёленькая, а о чём она? Ты понимаешь хоть что-то?

— Я всё там понимаю, это практически мой гимн, — не удержалась я от глубокого трагического вздоха.

— То есть она про крутую разностороннюю девчонку, что лазает заброшкам, читает классные книги и обалденно рисует здоровенные граффити?

— Скорее про ту, что визжит в ванной песни, как поросёнок, — попыталась я отшутиться.

Это был комплимент или мне показалось?

— Серьёзно? Да не поверю! Она правда про поросёнка поёт? Надо прислушаться.

— Учи языки, Гордеев, в жизни тебе это пригодится, — заявила я поучительным тоном и улыбнулась сама себе.

— А ты рок слушаешь? Или рэп? Фанк? Кстати, на гитаре не играешь случайно? Я даже не удивлюсь, если да, тебе бы подошло.

— Нет, не играю, — раздосадованно выдала я. — Ты что ли играешь?

Я спрыгнула со стены во внутреннее помещение и, собрав куртку и сумку, намылилась домой. Мне нравилось его внимание, но так же было тревожно.

— Ну, я так, учусь понемногу, баловство чисто. А ты куда?

— Мне домой пора.

— Чего так резко-то? Я тебя обидел?

— Просто надоел, — не сильно громко, будто вскользь, пробормотала я, надеясь задеть его если не словами, то хотя бы равнодушной интонацией.

Нельзя было снова к нему прикипать, с моей типичной внешностью даже у Сашки шансов на Гордеева было больше. И я вдруг начала это осознавать, когда вспомнила, что она «тоже с ним сдружиться может», как она заявила.

— Так, а домой тебя провести можно?

— Зачем? Чтобы узнать, где я живу? — обернулась я с недоверием на нагонявший меня у лестницы голос. — Тогда догони сначала.