7. Спаситель поневоле
Он снова вытянул бумажник, чтобы неохотно достать ещё несколько купюр из плотной стопки внутри.
— Пап, и я карманные за этот месяц ещё не просила, — я наспех добавила, чтоб не успел спрятать портмоне.
— Разве? — он нахмурился и еще несколько купюр помельче отсчитал мне в отдельную стопочку на столе. — В моём детстве я мечтал только не получить по шее лишний раз, не то что карманные какие-то. Давай, беги уроками займись, у нас разговор важный.
Я глянула на маму, почуяв неладное: словно подтверждая мои мысли, её губы чуть дрогнули, перед тем как сжаться. Мне вдруг стало не по себе и даже в какой-то мере стыдно за папу, который давно уже не имел проблем с деньгами, а всё вёл себя так, будто мы на последние выживаем. Зато с ремонтом в этой новой квартире разошёлся не на шутку и не жалел финансов на дорогие стройматериалы и на чаевые прорабу Олежке, с которым тоже часто выпивал вместе.
Прежде чем выйти, я убрала со стола свою тарелку, чмокнула маму и окинула его внимательным взглядом: хоть и в пиджаке, но обрюзгший с годами, со свисающим над ремнём животиком, ссутулившийся и с первыми намёками на залысины этот мужчина всё ещё был моим любимым папой, но добродушной улыбки в свою сторону я не видела уже триста лет. Вообще в чью-либо сторону, если быть честной. Он стал всё больше важничать и громче руководить нами, вечерние уютные семейные посиделки с лото и картами куда-то исчезли из нашего дома, а ссоры, недовольства и разногласия стали гостями всё чаще.
На следующий день я чувствовала себя так, будто вместо сна разгружала вагоны. Возможно, от постоянного прокручивания ситуации с Гордеевым, Сашкой и Бондарем, а может оттого, что родители в этот раз ругались почти шёпотом, вместо привычных возмущений и громких споров. Как ни напрягала слух, так и не поняла о чём там речь, и это тревожило больше обычного. А ещё сцена с мамой и новым «джентльменом» крутилась в голове заевшей кассетой, на этот раз оттого, что я слишком хорошо заметила разницу её состояния рядом с ним и с отцом.
Внезапно осознать, что папа делал её осунувшейся и несчастной, было ощущением, что одна из любимых проверенных заброшек начала рушиться прямо под ногами. Грустно-мрачное настроение отлично дополняла старая кассета баллад Roxette и пасмурная погодка.
Пропустив завтрак, я вышла из дома пораньше и на этот раз пошла в школу другим, более длинным путём, тем которым мы обычно возвращались, мимо стройки.