13 глава

Утро после.

Бабушка Надя стояла у печи, когда они зашли на кухню. В воздухе витал аромат свежеиспеченных блинов и топленого масла. Она не обернулась, но уголки её губ дрогнули. 

— А, вот и мои сонные зайчики, — сказала она, наливая в кружки парное молоко. — Ну как, сеновал удобный?

Антон поперхнулся чаем. Арсений уставился в тарелку, но его уши пылали. 

Бабушка поставила перед ними тарелку с блинами, специально сложив их стопочкой — слишком аккуратной, слишком нарочито. 

— Кушайте, восстанавливайте силы.

Она протянула банку мёда — ту самую, что вчера стояла в бане. 

— Особенно ты, Антоша. Ты вчера, я смотрю, хорошо потрудился.

Антон закашлялся, а Арсений уронил ложку. 

На огороде. Бабушка "случайно" подошла к ним, когда они пропалывали грядки. 

— Ой, Арсений, у тебя на шее... крапивой обжегся? — она прищурилась, глядя на свежий засос. 

— Да... крапива... — пробормотал он. 

— Ага, крапива, — бабушка кивнула.— Она у нас в сене тоже растет. Очень... жгучая. 

За обедом.
Она поставила на стол двойную порцию мяса. 

— Белка надо восполнять, — сказала она, глядя прямо на Антона. 

Потом "нечаянно" рассыпала ложку соли. 

— Ой, простите. Это я, видно, после вчерашнего... перевозбудилась.

Вечером у колодца.
Когда они мылись, бабушка "забыла" полотенце и принесла его сама — ровно в тот момент, когда Антон поправлял штаны, а Арсений отряхивал сено с футболки. 

— Нате, — протянула она, глядя на их взъерошенные волосы. — А то простудите... кое-что.

Перед сном бабушка оставила у их дверей две свечи, хотя в доме было электричество, новое одеяло, "а то вдруг ночью холодно будет", открытую книгу народных сказок — раскрытую на странице про двух пастухов.

Когда дверь закрылась, Антон уронил голову на стол. 

— Она знает. 

— Всё?

— Всё. 

Из-за двери донесся тихий смех и слова: 

— Спокойной ночи, зайчики. Только потише.