Глава 23. Кровавник и подорожник
Живана медленно раскрыла глаза. Лоб нахмурен, ресницы слиплись, одинокие песчинки осыпались с век, а во рту будто что-то сдохло. Горько подумала, что стареет и принюхалась к сладкому и освежающему запаху мяты. Она точно была дома, но видеть — не видела, пелена стыла перед глазами. Грудь тяжело поднималась — что-то прижимало ее. Живана подняла руку и нащупала мягкие, но спутанные волосы.
«Велена», — улыбнулась, пальцами макушку нащупала. До сих пор все как в тумане, но голос дочери отчетливо звучал в ее ушах, словно тонкая полоска света, которая пробивалась к ней сквозь густую тьму.
Велена заерзала на груди, сонно повернула голову к руке матери и широко распахнула глаза.
— Мамочка! — ласково подтянулась ближе. Ладонь легла на щеку Живаны. — Проснулась, хвала богам, — прижалась к самому сердцу и вздохнула так, будто спали с плеч многолетние тяготы.
Живана обняла в ответ. Руки сомкнулись на спине, пальцы щекотали кожу сквозь натянутую ткань льняной рубахи. Глаза свыклись с приглушенным светом масляной лампады, и первая попытка привстать тут же была подавлена.
— Не вставай, слаба ты еще, — мягко надавила ладонью на грудь. Живана послушно опустилась обратно. На губах уставшая улыбка — забота грела нутро, даря мир ее духу.
— Сколько я так пролежала? — тихо поинтересовалась, глядя в подволок.
— Со вчерашнего дня. Неспокойным был твой сон... В жар бросало.
— Вот как... Ночь на дворе? — взгляд упал на лампаду. Огонек плавно качался, отражаясь на темной поверхности блюдца.
— Нет, — Велена указала рукой на оконце. Шкура плотно завешивала его, не пропуская свет внутрь. — Солнце уж высоко стоит, а твоим глазам сейчас яркий свет ни к чему. Вчера я промыла их от песка, насколько смогла.
— Спасибо, лисенок, — похлопала ее по руке, и обратила внимание на стол рядом. На белой скатерти на самом краю стояла плошка, прикрытая тканью, а рядом кувшин. Ткань чуть просела, намокнув от пара. Живана задержала голодный взгляд.
— Поешь? Пить хочешь? — засуетилась Велена. Мама кивнула. — Погоди-ка, я помогу тебе подняться.
Она в два шага оказалась у лавки, где предусмотрительно лежала пара мешков, набитых соломой. Обхватила плечо и помогла матери чуть приподнять корпус, затем вложила мешок за спину и с нетерпением уставилась. Живана одобрительно улыбнулась в ответ.
— Но прежде, — сказала Велена тверже, — я приготовила для тебя отвар ивовой коры. Не самый приятный, знаю, но...