З в е з д а・с е д ь м а я

Сон сморил её лишь под утро, и в самом неожиданном месте - на кухне.
Она лежала на диване, свернувшись калачиком и прижимая к груди несчастного зайца, будто он единственный, кто мог её защитить. На ней примостился серый комок шерсти, который негромко и сонно мурлыкал, когда робкий, зимний солнечный лучик попадал на кошачью шубку.
Длинная футболка не прикрывала ног, испещрённых венками, короткими тонкими полосками с слегка запёкшейся кровью и редкими, но широкими следами ожогов.
Девушку тревожили кошмары, в которых Вий всё больше, всё сильнее бесновалась, врываясь в сон, пугая, мучая. Апогеем ужаса было прикосновение из вне, молодую женщину активно трясли за плечо.
- Мисс, проснитесь.
Страх отхлынул, как будто его никогда и не было, оставив место успокоению и тишине.
- А? Что? - пробормотала она, потрясая головой, сонно потерев лицо. Взгляд встретился с собственными ногами. - Блин, я думала, что легла спать в гостиной... Извини что-то совсем забылась. - негромко продолжала она, как бы невзначай укрыв бёдра пледом.
- Проблема заключается несколько в другом, мисс, - процедил Виктор почти со злобой.
- Вот оно как, - почти равнодушно улыбнулась Агата, завернувшись в ткань и поднимаясь с софы, - и что случилось хуже моего пьянства?
- Непосредственные физические увечья, мисс, - отчеканил молодой человек, буравя девушку взглядом.
- Тебя это не касается, - холодно ответила она, упрямо глянув в глаза мужчине в ответ, в миг сбросив всю напускную непринуждённость.
  -  Я многое могу понять, мисс, но нанесение вреда себе же - абсолютно неразумно! - воскликнул тот.
- Уймись, - процедила она сквозь зубы, решительно разворачиваясь, чтобы выйти из комнаты.
- Только после вас! – преградил ей путь мужчина, - это нерациональное поведение, осталась ли в вас хоть капля здравого смысла?
- Я сумасшедшая, - плотоядно улыбнулась Вильянова, чуть насмешливо вздёрнув подбородок, - забыл, Котик? – она сделала ударение на последнем слове, как тогда, в комнате допросов.
Виктор вздрогнул, напряжённо всматриваясь в глаза Агаты.
- Не отрицаю. Но инстинкт самосохранения у вас всё таки должен присутствовать, - он поёжился, - неужели подобное помогает?
- Тебя это не касается, - твёрдо повторила она, - и в конце концов, перестань мотать нервы с утра пораньше, я не думаю, что заслуживаю нотаций, не маленькая, сама разберусь. – уже более насмешливо продолжила она, и, что-то мурлыкая себе под нос, попыталась выйти из комнаты. Попытка её, впрочем, не увенчалась успехом. Молодой человек перехватил руку девушки и тяжело вздохнул.
- Мисс, есть другие способы справляться с проблемами, но это - не один из них. Вы верно подметили, что уже взрослый индивид, а значит должны понимать это, - его пальцы сомкнулись на запястьях Вильяновой чуть сильнее.
- Отпусти, - глухо произнесла она, заметно напрягшись.
- Если вы постараетесь перестать, - с мягким нажимом сказал конвоир.
- Отпусти тебе сказали, - глухо прорычало что-то животное, почти не человеческое в Агате, но точно не она, и девушка была в этом однозначно уверена. В голове раздался мерзкий смешок.
«Неужели ты думаешь, что я позволю какому-то менту распускать руки?» - ехидно спросила Вий.
«Он не “какой-то мент”», - огрызнулась в ответ молодая женщина.
Виктор на несколько мгновений ослабил хватку, но, мотнув головой скорее самому себе, снова сжал руку подопечной.
- Мои условия остаются прежними.
«Наглец!» - истерически взвизгнул внутренний демон, и вопль его стал причиной новой волны головной боли.
Девушка зажмурилась, до крови прикусив губу.
- Оставь меня в покое, - спустя бесконечность хрипло произнесла она, вздрогнув, будто её слова были ляденой водой, вылитой ей же на голову.
- После вас, - вполголоса проговорил мужчина, протяжно выдыхая.
Он будто прямо сейчас отвесил ей увесистую оплеуху, и пока сама Вильянова пыталась оправиться, Вий времени не теряла.
- Тогда считай, что я отвязалась от тебя, - огрызнулась она, вырвав руку из мертвенной хватки, и, подхватив подол пледа, скрылась на балконе, громко топая пятками по полу.
- Тебе что, больше всех надо что ли? – вызверилась девушка шёпотом, ощущая сейчас заполняющее её отчаянье.
«Он тебе конвой, - холодно напомнила тьма, - не друг, не Громов, не Сеня. Конвой.»
- Ложь, - прошипела Агата, - он бы не пил тогда, если бы был конвоем.
«Ты всё ещё веришь его словам? – хохотнула Вий. – Он был пьян, а назавтра вообще забыл о том вечере! Неужели ты думаешь, что он в трезвом виде скажет что-то подобное?»
Вильянова сникла. Она была права, чертовски права, и женщина понимала это.
Дверь сзади приоткрылась, выпуская Виктора, что бесшумно проскользнул за Вильяновой, остановившись в шаге от неё.
- Я имел ввиду, что вам следует оставить в покое себя, - осторожно выдал он.
- Да боже, уймись наконец! – почти с мольбой простонала она. – Это моё тело, и я делаю с ним всё что захочу, понимаешь?
Мужчина опёрся на подоконник рядом с подопечной, на несколько минут застывая вместе с зимней Москвой за окном.
- Да, наверное… - протянул Виктор, - И всё же подобное поведение несколько противоречит азам природы…
«Он реально дурак, или прикидывается?» - возмутился внутренний хаос.
- Да тебе-то какое дело?! – окончательно взбесилась Агата… Или же Вий?
- Не имею представления, - вдруг абсолютно искренне сознался молодой человек.
Молодая женщина устало сникла.
«Вот, видишь? – с насмешкой отозвалось в голове. – Он сам ничего не понимает, ты думаешь, ему есть дело до тебя?»
Да, вероятнее всего, это вновь была правда, колющая, бьющая где-то внутри, под рёбрами.
- Иди поешь, - отмахнулась она, прервав тишину, установившуюся на балконе.
Виктор покинул лоджию, даря призрачную надежду на одиночество. Однако, меньше чем через полчаса стеклянная дверь снова распахнулась, а рядом с девушкой приземлились тосты с чаем. Молодой человек примостился рядом в ожидании.
- Допустим, я не распоряжаюсь вашими нынешними действиями. Но сомневаюсь, что вы стали бы самостоятельно выжигать себе ноги.
- Я сумасшедшая, - повторила она, усевшись на табурет и затушив сигарету об пепельницу, - хорошо подумай, прежде чем делать выводы. Вдруг я сама себя раскалённой кочергой лупила? – хмыкнула Вильянова, по инерции прикрывая бёдра и колени.
- То есть вы били себя раскалённой кочергой? – почти насмешливо спросил собеседник.
Женщина вдруг нахмурилась.
- По крайней мере про кочергу сейчас я не шучу, - ответила она, смерив его оценивающим взглядом, - не одному тебе досталось от жестоких взрослых.
- Но вы располагаете данной информацией обо мне, мисс, - заметил Виктор.
«Каков наглец! – возмутилась Вий. – Шпионит для своих, но не вздумай этого рассказывать, уяснила?»
На балконе установилась тишина, почти осязаемая в этом узком, небольшом пространстве.
- В монастыре практиковалось много различных видов «спасения одержимых». – наконец заговорила Вильянова, взяв в руки кружку с чаем. – Одной святой водой и молитвами не отделаешься. Кочерга и розги не самое страшное, чем могли пытать, - женщина вздрогнула, припомнив происходящее, - да и когда девушек волокли за волосы по щебню тоже не худшее воспоминание оттуда. Каждодневные телесные истязания не причиняли такой боли как собственные мысли, а они, уж поверь, и по сей день в дрожь бросают. – её голос неожиданно сорвался, девушка уставилась пустым взглядом в окно напротив, судорожно сжимая кулак. Вий в голове бесновалась в бессилии и ярости, будто бы пытаясь вырваться, раскроит череп надвое. На её лице заиграли желваки.
- Мне жаль, - в который раз пробормотал молодой человек, -  и вы отказываетесь называть себя человеком?
- А? – отмерла она наконец, придя в себя. – Нет, не о чем жалеть, я виновата в своих бедах, не глупи. – женщина наглым образом проигнорировала поставленный вопрос.
Виктор вдруг хмыкнул.
- Вы утверждаете, что виноваты в действиях своей матери на момент своего несовершеннолетия?
- В смерти отца виновата лишь я. – отчеканила она. – Это мой крест, моя вина, за которую я расплачиваюсь и по сей день сполна.
- То есть вы считаете, что было бы лучше бездействовать, пока на ваших глазах буквально происходит убийство? - усмехнулся мужчина, отставляя кружку.
- Я не знаю! – выкрикнула вдруг Агата, рывком поднявшись с табуретки. – Было бы лучше чтоб меня вообще не существовало! – сглотнув ком, она щёлкнула зубами, вцепившись себе в предплечье ногтями, пытаясь успокоиться, но тщетно – её бил озноб.
Как этот человек может так себя вести? Разве он не понимает, что она и в правду виновна? Зачем он пытается её оправдывать? Что ему нужно?
Через секунду Виктор уже накрыл ладони девушки своими, отцепляя ногти от кожи. Какое-то время он нечитаемо смотрел в глаза Вильяновой.
- Сомневаюсь.
От этого жеста сердце ухнуло, заколотилось как бешеное на уровне горла.
- Прекращай, - выдавила она, резко сбросив его руки с собственных пальцев, - ты не знаешь, поэтому так говоришь.
- Ну, вы расписали свою биографию довольно подробно, - возразил он, не отпуская её.
«Стоп, слышишь?! Очнись, он дурит тебя!» - взрычал внутренний зверь.
Она втянула воздух сквозь зубы, и вдруг ослепительно улыбнулась.
- А ты думаешь, что я не лгу?
Думал он не так долго. До странного недолго, откровенно говоря.
- Думаю, нет.
- Молодец, возьми с полки пирожок, - чуть вскинув брови, очаровательно промурчала она, выйдя с лоджии, что-то быстро печатая в телефоне.

***
Этот день был мягко говоря дерьмо, ещё и её напарник периодически отрубался и уходил в себя, зависая на какие-то мелочи.
- Артём, ты меня слышишь? Артём! – помахала Агата перед носом у парня, невольно ощущая раздражение и сама себе удивляясь. Это ведь она всегда была терпеливой и спокойной, что изменилось?
— А? — юноша рассеянно взглянул на неё. — Что случилось?
- Пистолет сними с предохранителя, - хихикнула девушка, - и руки вытяни, если не хочешь чтоб отдачей прилетело.
Артём поморщился и почесал затылок.
— Постоянно об этом забываю, — снимая с предохранителя, улыбнулся парень.

- Ну, как у вас там с Мартой? – спросила она в перерывах между выстрелами. – Руки ровнее, не кивай головой, промажешь.
Артём нахмурился, меняя магазин.
— Я не думаю, что мне светит что-то большее, чем дружба.
- Может, стоит попробовать, прежде чем бросаться такими громкими словами? – с усмешкой спросила молодая женщина.
Вздохнув, он прицелился и выстрелил. Опять мимо.
— Если честно, мне страшно, не хочу всё испортить. — втянул голову в плечи. — Вдруг она вообще потом на меня не посмотрит?
- Не сделаешь – не узнаешь, - мягко улыбнулась Агата, и тут же нахмурилась, - ноги на ширину плеч, тебя мотает.
Артём выполнил приказ, исподлобья посмотрев на Вильянову.
— Я не хочу потерять друга. Будет лучше, если она ничего не узнает о моих чувствах. Думаю, ей нравится Филлип, каждый раз когда я пытаюсь о нем заговорить она меняет тему.
- Дело твоё, я же ни на что не подбиваю, - подняла она руки в примирительном жесте, - но не грызи себя, если потеряешь её. Кстати, что там с компьютерами? – Агата перевела тему, ощущая, что катается по больному.
«И когда тебя стали волновать чужие чувства?» - хмыкнула Вий. Игнорируя поставленный ребром вопрос, она пыталась вникнуть в суть сказанного напарником.
— … чтобы заранее знать когда приедут люди Громова. – сказал он, и ещё несколько раз выстрелив, прошёл к технике.
- Что ж, надеюсь, что они сработают как надо, - скривилась молодая женщина, скрестив руки на груди, уставившись пустым взглядом в стену.
«Мы уже не боимся Громова?» - ехидно хохотнул внутренний демон.
«Он не стоит и капли моего страха, особенно теперь», - ответила Вильянова.
— Слушай, а что это за тип вообще? — рассеянно спросил Артём щёлкая по клавиатуре.
- Да так, уё*ок один, которого надо давно было проучить, но некому, - пробормотала она, потерев глаз.
«Сколько пафоса», - донёсся смешок из головы.
Артём поднял голову на Агату и в недоумении похлопал глазами.
— Да… тебя лучше не злить. — прыснул юноша, а Вий задохнулась от возмущения. — А на кой ты ему сдалась, если проучить надо его?
«Этот огрызок думает, что мы справимся с Лёшей?!» - взвизгнула она.
«Завались уже в кои-то веки», - усталый вздох был ответом.
- А? – растерянно оглянулась молодая женщина. – Он грёбаный собственник, считает, что я вещь, его игрушка, вот и развлекается.
— О! То есть он хочет быть с тобой против твоей воли? Получается он моральный урод, - пожал плечами юноша, — больше нечего сказать.
- Да, ты наверно прав, - удивлённо протянула девушка.
— Не переживай, мы справимся, — подмигивает Агате, похлопывая её по плечу идёт к выходу.
«И как тебе такое?» - удивилась она.
«Типичный мажор», - зевнул внутренний демон, сворачиваясь в клубок.
«В смысле, очень самонадеянно?»
«В смысле очень глупо», - огрызнулись в ответ.
Вильянова замерла, ощущая, как что-то приятно оттягивает руку. Пистолет. Осенённая, женщина бросилась за напарником.
- Артём, постой! – крикнула она, выбегая за парнем следом на лестницу.
Он обернулся на возглас, и, наконец догнав парня, она отдала ему оружие.
— Спасибо. — он убрал ствол в карман худи.
- Не теряй, - подмигнула она, - и, насчёт Марты… Подумай на досуге. – девушка вымученно улыбнулась.
Артём кивнул, грустно улыбаясь. Вскоре он скрылся за поворотом.
«Прежде чем давать такие советы, разберись с собой для начала», - отрезала Вий, но была прервана громким хлопком.
- Тренируются, наверно, - нервно улыбнулась молодая женщина, однако на душе кошки скребли. Что-то было не так, выстрел был один.
В эту же минуту по лестнице чуть ли не кубарем скатился Виктор.
- Ты как? Я слышала выстрел на крыше, всё в порядке? – окликнула Агата молодого человека, однако, заметив неладное, осеклась. – Твою мать, что с тобой?!
- Я недооценил ребёнка, - процедил молодой человек. Сердце ухнуло в пятки.
Женщину тряхануло. Эмоции, которые она испытывала в этот момент не поддавались никакому описанию, к горлу подкатил ком боли, сочувствия, ярости и бесконечного отчаянья, которое норовило выйти слезами.
Потряся головой, она сильно ударила себя по лицу. Звонкая пощёчина отрезвила её мысли, давая возможность здраво рассуждать.
Не говоря ни слова, Вильянова аккуратно перекинула здоровую руку своего спутника через плечо, и подтянула его, бережно обняв за талию, не позволяя мужчине упасть.
Двое брели, мягко говоря, неспеша. Мужчина упрямо пытался держать спину ровно, но то и дело сникал, вцепляясь в рану.
- Полагаю, следует направиться в больницу? – прохрипел Виктор через какое-то время.
- Естественно! – огрызнулась девушка. Помолчав, она негромко произнесла: - Я понятия не имею что нашло на эту маленькую бешеную суку, но клянусь, что выбью из неё всю дурь при встрече, хочешь ты этого, или нет.

В горле клокотала бессильная злоба на Юлю. Но больше гнева её подогревала боль правды, неимоверная досада. Она и вправду дитя, неразумное, эгоистичное, озлобленное на весь мир. Ребёнок, на которого по каким-то причинам не было всё равно.
«Она тебе не безразлична?» - удивилась Вий.
- Она полагает, что я навёл на них полицию, - покачал головой молодой человек, - не имею представления, насколько это возможно в действительности.
- Раз нет своей башки на плечах, то хоть бы меня спросила, - раздражённо прошипела девушка, останавливаясь возле скамейки и аккуратно усадив мужчину на неё, - сиди, я вызову скорую.
- Придётся придумать достойное объяснение, - пробормотал Виктор, прикрывая глаза.

Сколько прошло времени женщина не могла точно сказать - эмоциональный взрыв заставил её расшевелиться, да так, что пока шла операция девушка не могла найти себе места в коридоре.
Когда наконец появилась возможность вернуться домой, она чуть ли не впереди такси была готова бежать от перевозбуждения. Только оказавшись перед дверью квартиры, силы её отпустили. Как в тумане она прошла на кухню, по инерции тяжело закурив, однако тут же в раздражении отбрасывая сигарету в сторону. Опав на стул и вцепившись в волосы руками, она тихонько взвыла от отчаянья, плотно поселившегося в грудной клетке.
«Что теперь делать? Это моя вина, это из-за меня он пострадал!» - лихорадочно думала она.
- Что-то случилось? – донёсся из спальни усталый голос, прерывая акт самобичевания.
- Спи, - проворчала Агата, с трудом взяв себя в руки. Вобрав в лёгкие побольше воздуха, она вошла в спальню, - тебе что-то принести?
- Нет, благодарю, - безжизненно выдохнул Виктор. Сердце сжалось от этой картины. Вильянова замерла в дверном проёме, по привычке впившись ногтями в ладонь. На лице отражалась лишь малая часть той жалости и боли, что она на данный момент испытывала.
- Прошу, прости меня, - со слезами прошептала она, не в силах стоять на ногах и опустившись на пол, - прости, если сможешь…
Молодой человек распахнул глаза и приподнялся на локтях, морщась от боли.
- За что?
- Это моя вина, - заливаясь слезами прошептала Агата, - если бы я тогда не пошла на курсы, то ничего бы не было. Если бы я не родилась, ты никогда не поступал против закона, и всё было бы хорошо, - её уже трясло, горький, колючий ком в горле не давал дышать.
- Ваши утверждения непоследовательны и нелогичны. Абсолютно каждое событие, предшествующее данной ситуации было результатом моих решений. – ответил он, тяжело усаживаясь напротив.
Она затрясла волосами.
- Не нужно так говорить, просто признай что это моя ошибка, - хрипло ответила молодая женщина, и плечи её окончательно поникли, будто она и в правду была готова к смертной казни, где палачом бы выступал её конвоир.
- Я склонен доверять фактам, мисс, - покачал головой тот.
Она сглотнула, не поднимая на него глаз.
- Прости… - только и смогла выдавить Вильянова, словно стараясь сжаться в комок.

«Ты сломала ему жизнь. Ты отравила ему существование. Чудовище.»

Вдруг, будто опровергая все мысли, её притянули за плечи и заключили в некрепкие, но всё же объятия.
Агата невольно вдохнула запах лекарств, бинтов, через которые слабо, но отчётливо пробивался аромат шалфея.
«Так вот оно что», - мелькнула в голове растерянная мысль, и, она едва ощутимо положила руки мужчине на спину, чтоб не причинять излишней боли.

***
Женщина сидела на полу за диваном в гостиной, свернувшись калачиком, уставившись пустым взглядом в стену напротив. Она покусывала губу, прижимая Харви к себе, будто плюшевый уродец мог её защитить от боли.
- Мисс, ваши переживания беспочвенны, - неожиданно послышалось откуда-то со стороны.
- Хватит меня оправдывать, - тихо ответила Агата, сжимаясь ещё сильнее, будто и вовсе пытаясь исчезнуть.
- Насколько я помню, это не вы стреляли в меня, мисс.
- Я объяснялась на эту тему, второй раз уже не смогу, - безжизненно и глухо проговорила она.
- Я и не требую от вас объяснений. Всё, чего я прошу – перестать делать непоследовательные выводы, - вполголоса ответил молодой человек.
Девушка промолчала.
«Зачем ты врёшь сам себе?»
«Он лжёт тебе, сам-то он понимает, что здесь все проблемы от тебя», - холодно и ясно процедила Вий.
Позвоночник ощетинился на этот мир, словно прикрывая свою хозяйку от взгляда Виктора.
«Тебе никуда не деться от этого», - продолжала тьма.
Мордочка синего зайца высовывалась из-под локтя, грустным, остекленевшим взглядом вперившись в окно, за которым валил крупными хлопьями снег.
Подошедший к Вильяновой кот негромко замурлыкал, потеревшись головой о бедро молодой женщины, однако и этот жест остался незамеченным.
Диванные пружины предсмертно застонали под весом Виктора.
- Знаете, - начал он через какое-то время, - ваше поведение было и остаётся непонятным мне. Но полтора месяца назад я списывал каждое ваше действие на сумасшествие, - он помедлил, - но, оказалось, вы способны на логическое мышление. Более того, я был вынужден поступится своими принципами из-за ваших же слов. И, тем не менее, в данный момент вы… - он замялся.
«Прошу, не продолжай, твои слова будто яд», - промелькнуло в голове Агаты. Она сильнее сжалась в комок, ногти раздирали кожу локтей, однако она не замечала ничего вокруг. Распущенные волосы короткими волнами стекали по острым плечам и сгорбленной, ребристой, костлявой спине.
- Я бы сказал, что вы ставите в приоритет эмоции и не прислушиваетесь к здравому смыслу, - молодой человек улыбнулся уголками губ, - впрочем, как вы обычно и поступаете.
Девушка вздохнула, будто бы признавая его правоту. Пальцы разжались, и одна ладонь опустилась на шёрстку прилёгшего рядом кота, вяло потрепав животное по спинке.
- Давайте проведём связь, - мягко проговорил Виктор, оборачиваясь на Вильянову, - вы родились в неблагополучной семье, в попытке защитить мать и себя вы пошли на убийство, после чего вас, ребёнка, отослали в монастырь, где под предлогом экзорцизма пытали абсолютно негуманным образом, - он отгибал пальцы и постепенно сам сникал, пока пересказывал безрадостную биографию Агаты, - после побега из монастыря вы связались с главарём одной из опаснейших банд Москвы, который, к тому же, оказался не в своём уме. Вкупе с неудавшейся любовной историей и преследованием вас половины столицы, скажите мне, в чём вы виноваты?
Молодая женщина устало вздохнула.
- В собственном существовании, - подала она голос, - и в страхе перед смертью. Не бойся бы я её, то… - она замолкла, подыскивая слова. – То ни тебя, ни Сеню не коснулась бы моя жизнь.
«С чего ты приравниваешь его к самому близкому нам человеку?» - удивилась Вий.
Молодой человек вскинул брови и развернулся всем корпусом к девушке.
- Вы, мисс, утверждаете,  что вы виноваты в попадении сперматозоида в яйцеклетку? Учитывая то, что не вы сами вынашивали себя, я полагаю? Помимо прочего вы утверждаете, что вашим изъяном является базовый инстинкт самосохранения и абсолютно рациональный страх? – говорил её конвоир, будто бы был голосом внутреннего самоуспокоения, который Вильянова всегда успешно игнорировала.
- Я пыталась повеситься, - хрипло произнесла она, - но меня спасла Сеня. Во второй раз я уже не смогла повторить, и в этом моя вина. – Агата откинула голову назад так, чтобы перести взор красных, припухших от слёз глаз на Виктора.
- Почему в ваши обязанности входит окончание собственной жизни? – напряжение скользнуло в голосе мужчины.
- Я уже говорила… - пробормотала она, и тут опомнилась. – А, ты не помнишь… Забудь, - отмахнулась Вильянова, опустив лоб на колени.
Виктор удивлённо заглянул в лицо подопечной.
- Не помню..? А, - покачал головой он, - Вы про тот раз… В любом случае, ничто не может послужить аргументом для окончания своей жизни, - уверенно заявил он.
- Наивный, - вымученно улыбнулась Агата, нежно пробежавшись кончиками пальцев по позвоночнику кота, - оно к лучшему, что ты не понимаешь меня.
- Боюсь, до тех пор, пока я не пойму вас, я не смогу перестать спорить с вами, - пожал плечами молодой человек и тут же пожалел об этом.
- Я желаю тебе никогда не узнать этого чувства, - вдруг совершенно искренне произнесла она и качнула головой, - пусть даже ценой моих нервов.
- Что это за чувство? – осторожно спросил Виктор.
- Чувство пустоты, того, что тебе здесь не место, что ты давно должен был умереть, - отозвалась девушка, и, развернувшись к нему корпусом, натянула вымученную, виноватую улыбку.
Молодой человек пытался что-то найти то ли в глазах подопечной, то ли в растрёпанных косичках. Хотя, скорее ему не давали покоя вздувшиеся обои за головой Вильяновой.
- Вы… Не заслуживаете испытывать подобное… Никто не заслуживает, - как-то обиженно произнёс он.
- Совсем ребёнок, - уголки её губ слабо дрогнули, Агата положила голову на подлокотник дивана, тяжело зажмурившись.
- Я бы назвал это проявлением эмпатии, - потерянно проговорил Виктор.
- Что ж, я рада, что ты всё-таки способен испытывать чувства, - безэмоционально произнесла молодая женщина, - ты точно человек, и теперь не нужны никакие доказательства.
- Как и вы! И вы точно также испытываете эмоции, это же правильно, разве нет? – почти испуганно воскликнул тот.
- Хватит ровнять меня с собой, - процедила она сквозь зубы, - ты не убийца, из-за тебя нет ни у кого проблем.
- Но вы же не перестаёте быть человеком от этого, вы сами говорили!
- Я говорила тебе не делить людей на категории законопослушных и преступников.
- Я и не делю людей, в том то и дело! Это делаете вы! – молодой человек отвернулся к окну.
«Пообижайся мне тут ещё бл*ть», - огрызнулась Вий.
Девушка втянула воздух сквозь зубы, пытаясь справиться с раздражением.
- Да, делю, - отчеканила она спустя минуту, - людей - пожалуйста, сколько угодно.
- Так почему же вы не человек? – почти простонал Виктор.
- Да я не знаю! – почти прокричала Вильянова, подскочив на месте. – Понимаешь?! Не знаю! Я не могу быть человеком, ведь я никогда не ощущала себя им! Быть человеком – значит быть живым, любить и быть любимым, ну а я что такое чёрт не разберёт!
«Значит, ты не способна любить?» - издевался внутренний демон.
- Кто дал такое определение людям? – в свою очередь спросил молодой человек.
- Ну уж точно не я, - огрызнулась Агата, - кто вообще сказал, что нужно быть людьми?
«Мать твоя тебе это всё детство твердила, замаливая свои грехи в церкви перед несуществующими созданиями на изображениях», - бросила Вий с издёвкой.
Виктор замер. Минуты текли по стенам, как патока. Тягучую тишину разорвал истеричный смешок. Молодой человек судорожно запрокинул голову и тут же согнулся на месте.
- На*уй.
Вильянова вскинула брови, удивлённо посмотрев на своего сожителя, и, поднявшись, на негнущихся ногах подошла к мужчине. Слегка подавшись вперёд, она положила свою руку на его лоб.
- Вроде температура нормальная, - задумчиво пробормотала она, - ты чего?
Виктор устало посмотрел на девушку и перехватил её руку. Истрезанно вздохнул, встал с дивана и потащил Агату к выходу из квартиры.
Сказать что она напугалась… ничего не сказать – на её глазах человек чуть ли не умирал, но куда-то уверенно вёл её следом.
«С ума сошёл что ли…»
- Ты куда? – почти испуганно спросила она. – Ты болен, остановись!
Мужчина не отвечал, но продолжал вести подопечную уже к лестничной площадке. В глянцевых горшках у окна отражался свет от уличного фонаря. Двое поднялись до последнего пролёта, который заканчивался закрытым на ключ выходом на крышу. Ни на секунду не тормозя, молодой человек выхватил из-за пояса пистолет и зарядил пулю в замочную скважину. Выстрел пронёсся эхом вдоль ступеней и расшатанных перил, ударяя в блёклые цифры на дверях квартир. Виктор дёрнул за ручку, и через секунду конвоир с подопечной оказались на крыше здания.
Женщина растерянно шла за мужчиной, невольно осознавая, что и сама сжимала его ладонь. Её одновременно и пугали такие перемены, и вызывали необъяснимый трепет, поднимающийся из самых глубин её души. Она не смела издать звука, позволяя вести себя по крыше, с удивлением подмечая, что снег давно закончился, а небо расчистилось от туч.
Молодой человек подвёл Вильянову к самому бортику и, до рези вдохнув морозный воздух, опустился на бетон, свесив ноги с крыши.
- Замёрзнешь, - отмерла Агата, - сейчас принесу куртки.
- Не нужно, - тихо бросил Виктор, смотря в  просвет между высотками, где смольное небо разбавляли первые лучи.
Она потеряно опустилась рядом, вглядываясь в окружающий её пейзаж вечно бодрого города.
Девушка перебросила ноги через бортик, с восторгом и восхищением замерев, не в силах что-либо сказать. Она до безумия обожала встречать солнце. В такие моменты вспоминалось детство, когда робкий первый луч пробегал на кухню маленькой квартирки вместе с ребёнком, который встречал на подоконнике старую, седовласую, статную женщину, элегантно, - и даже изысканно! - курящую в форточку. С годами и сама Вильянова невольно начала замечать за собой такую прихоть (а возможно и привычку) – дымить на том же самом месте, тратить те же самые сигареты, которые так трудно было достать в настолько развитом мире.
- Действительно… - пробормотал молодой человек, придерживая плечо.
- Красиво, - тихо проговорила женщина, не отрывая взгляда от многоэтажек, окна которых прошивали робкие зимние лучи, - может, мне всё-таки принести тебе пальто?
Виктор покачал головой. Вдруг махнул рукой в сторону горизонта напротив.
- Рассвет.

***
Неделя прошла как сутки – каждый новый день был похож на предыдущий, по крайней мере для арестантки, менялось разве что количество порезов на бёдрах.
Этот день тоже обещал быть скучным и тяжёлым, однако, его тягучую смолу разорвала трель телефона, на другом конце которого был встревоженный, и даже напуганный Артём.
- Агата! Скорее, приходите на базу, у нас облава!
- Что? – севшим голосом спросила она, не до конца осознавая происходящее.
- Агата, быстрее! – крикнул он в трубку.
- Я… Да, скоро буду, - приходя в себя ответила она, нервно покусывая ноготь. Из телефона доносились гудки, а девушка побежала в поисках пистолета разрывать недра квартиры.
Виктор выглянул из-за дверного проёма и окликнул Вильянову:
- Мисс, что происходит?
- Громов делает первый и решающий ход, - размывчато ответила она, распахивая дверцы ящика в шкафу. Вытащив оттуда коробку, молодая женщина быстро выхватила магазин, и пробежала по нему пальцами, словно привыкая к предмету в ладони.
- Куда мы направляется? – спросил молодой человек после недолгого молчания.
- Мы? – нервно хохотнула она, заряжая пистолет. – Ты остаёшься дома, и срать я хотела на твою работу, с тебя хватит и одного ранения.
- Мисс, об этом не может быть и речи, - нахмурился Виктор.
- Вот именно, - отчеканила она, холодно глядя ему в глаза, - сиди здесь. – вкрадчиво произнесла Агата.
- Во-первых, я на непосредственном выполнении задания, - молодой человек начал приближаться к девушке, - во-вторых, у группировки явно будет выше шанс на благополучную развязку. Как и у вас.
- Сиди дома. – отрезала женщина, быстро разворачиваясь в поисках Харви.
- В третий раз уже вы находитесь не в том положении, чтобы ставить условия, - упрямо проговорил он.
- Ошибаешься, - рыкнула она, - сейчас как раз-таки это ты не в лучшем положении. – взяв игрушку на руки и пристегнув её к ремню, Агата накинула на плечи свою джинсовку, обитавшую на самой дальней вешалке.
- И как же вы планируете задержать меня?
Она иронично вскинула брови, останавливаясь напротив мужчины.
- То есть мне прострелить тебе ногу, чтоб ты не путался рядом?
- Сомневаюсь, что в этом есть необходимость, - спокойно ответил тот.
- Вот именно, будь паинькой, - бросила она через плечо, выбегая на лестничную клетку, - не люблю причинять боль.
«Плевать он хотел на твои слова, - глухо отозвалась Вий, - и на закрытую дверь.»
- Конечно же какая-то картонка его не остановит, - вслух размышляла она, чуть ли не кубарем скатываясь по лестнице, - я больше надеюсь на его разум и желание жить.

Глупо было думать о том, что мужчина останется сидеть на одном месте и будет покорно дожидаться её дома, однако Агата и правда понадеялась на его здравый смысл, что, впрочем, было зря.
Не прошло и часу, когда она поняла, что совершила наиглупейшую ошибку – ворвавшись в здание, Вильянова автоматически привлекла к себе внимание нескольких мужчин с пистолетами. И если с ними она более-менее успешно разобралась, то вот один остался до поры до времени незамеченным.

Осознание скорой гибели отупило её разум, когда женщина встретилась с ним взглядом, секунда показалась девушке вечностью, однако, её оказалось достаточно, чтобы у нападавшего не осталось коленной чашечки, а взявшийся из неоткуда Виктор оттолкнул блондина.
- Мисс, вы в порядке? - с отдышкой проговорил молодой человек, оборачиваясь.
- У тебя шило в одном месте, или что? Я же сказала сидеть дома и поправляться, какого черта тебя понесло за мной?! – взбесилась Агата, но её потряхивало от ощущения миновавшей смерти.
Парень смахнул пот со лба и юркнул за ближайшую трубу, опасаясь выстрелов.
- Я бы не сказал, что моё появление оказалось бесполезным…
- Если тебя подстрелят во второй раз, то меня точно кантонёт, - выдавила молодая женщина, выстрелив фактически наугад, однако, промахнувшись, тихо и зло чертыхнулась.
- В таком случае, нам следует прикрывать друг друга, - бросил Виктор, осматривая поле битвы.
- Ещё не поздно убраться восвояси, - бормотнула девушка, и, снова выстрелив в сторону, наконец попала в бедро противника.
- Вы полагаете, что у меня всё ещё есть возможность покинуть крышу? – вздохнул молодой человек и, перехватив пейнтбольный автомат, выстрелил в человека Громова.
- Выход есть всегда, - хмыкнула она, дёрнув мужчину за шкирку, уберегая от преждевременной гибели, - главное искать.
- Вы можете начать заниматься активным поиском, - едва успел ответить тот, укрываясь за очередной трубой.
Она махнула рукой в сторону окна.
- Можно спуститься по трубе, искать-то нечего.
- Это было бы крайне неразумно, учитывая то, что я проделал весь этот путь, - покачал головой Виктор, залепляя в кого-то краской, - но вас я не держу.
«Бл*ть, как ты его терпишь?!» - возопила Вий, ёрзая по внутренней стороне черепной коробки.
- Тебя точно нужно было прибить, - устало вздохнула она, выбегая из укрытия, как-то умудряясь попадать по людям, стараясь их не убивать и не подставляться самой.

Её целью было отыскать Тоневу, а если под руку подвернётся Громов собственной персоной, то убить двух зайцев одним выстрелом было бы очень кстати…