З в е з д а・п я т а я
Агата сидела на подоконнике, судорожно сжимая в руке телефон и напряжённо вглядываясь в сереющее на горизонте небо, затянутое облаками. Тьма постепенно отступала в углы комнаты, сжимаясь в почти осязаемые комки мрака и черноты.
В голове давно крутилась одна и та же мысль, которую девушка была не в силах прогнать. Острые, длинные ноготки впились в руку, раздирая нежную, испрещрённую венками, кожу предплечья до крови. Зашипев, молодая женщина вздрогнула, раздражённо поморщившись.
«А ведь когда-то боль была твоей естественной средой, а теперь боишься даже поцарапаться?» - прыснула Вий, возвращая сознание в реальность. Свет давно проникал на кухню, и блёклое солнце проглянуло сквозь тучи.
- Доброе утро, мисс. – вдруг услышала Вильянова откуда-то сбоку, и скрипнул чайник, поставленный на плиту. Втянув в себя воздух, она провела ладонью по волосам, будто бы окончательно прогоняя остатки мыслей.
- Доброе, - бормотнула молодая женщина, поднимаясь с подоконника.
- Вы не спали, не так ли? - вздохнул мужчина.
- Да, сегодня не пришлось, - бросила Агата, потерев глаз и открывая холодильник, - впрочем, это пошло на пользу. – она пыталась выглядеть как можно более непринуждённой, однако внутри всё разрывалось на части.
- Вы что-то придумали? - Виктор мрачно глянул в окно.
- Ага, - ответила девушка, взбалтывая ложечкой что-то в стакане.
- Имеет ли резон спрашивать, законны ли ваши намерения? - спросил молодой человек безнадёжно.
- Будто тебя мой ответ удивит, - хмыкнула Вильянова, разбивая яйцо и выливая жидкость на разогретую сковороду, - сам ведь должен понимать, что теперь никакой закон нам не защитник.
Мужчина распахнул шкафчик и достал кружки.
- А ведь я шёл на повышение... - пробормотал он с некоторой ноткой досады. - Так какой план?
- Единственным выходом из ситуации я вижу только тот, где мы стравливаем Громова и полицию между собой, - ответила Агата, раскладывая на тарелки яичницу, - есть лишь один человек, который в состоянии нам помочь, но это очень неоднозначный вариант.
- Громова с полицией?.. - молодой человек прервался, чтобы залить пакетики кипятком, - Кажется, я уже утверждал, что вы безумны... Что это за человек?
- Моя надежда и опора, - усмехнулась молодая женщина, поставив тарелки на стол и подойдя к окну, - скажем так - это давняя подруга, к которой моя благодарность навеки останется безграничной, - она распахнула створку настежь, впуская свежий, стылый ветер в комнату.
- Могу предположить, что эта же девушка подарила вам Харви? - две порции чая приземлились рядом с едой.
- Верно, - кивнула девушка, глядя вниз, на безжизненный предзимний пейзаж, - собственно говоря, благодаря ей мой кошелёк не пустует слишком часто.
- Безвозмездный спонсор? - Виктор залез в ящик в поисках столовых приборов.
- Я называю это тупостью, - Агата закрыла окно и потянулась, - но она говорит, что так благодарит меня.
Мужчина понимающе кивнул.
- И вы считаете, что она в состоянии нам помочь? - жестом пригласил к столу.
- Я не математик, чтобы считать, - отмахнулась Вильянова, присев на край диванчика, - она либо поможет, либо у нас нет шансов. Приятного аппетита. - бормотнула девушка, однако к пище не притронулась – слишком большой ком стоял в горле, есть не было желания, разве что битого стекла хотелось проглотить от безысходности.
***
Странная парочка стояла перед самой обычной дверью в одном из многоквартирных домов. Агата выдохнула, будто собиралась нырнуть на огромную глубину, и позвонила в звонок, нацепив дежурную улыбку.
- Как обращаться к вашей подруге? - вдруг спохватился Виктор.
- Ксюша, - тихо ответила девушка, сжав крепче ручки пакета. Вдруг, дверь открылась, а на лестничной площадке оказалась маленькая очаровательная девочка. Вильянова улыбнулась шире и более радостней.
- Солнышко, а мама дома? - проворковала вдруг она не своим голосом. Кивнув, малышка убежала внутрь квартиры.
- Полагаю... У Ксении есть дети? – услышала женщина откуда-то со стороны, но не успела ответить – в неё врезалось что-то, удушая крепким объятием.
- Сеня, задушишь, - предсмертно прохрипела жертва, отстраняя знакомую и вручая пакет, - это малышам.
- Ты глупая что ли? - ворчливо произнесла Ксюша. - Я же сказала не тратить на нас денег.
- Ой, завянь, я не тебе это принесла, - буркнула Вильянова и перевела взгляд на мужчину, - это Виктор, я рассказывала.
- Приветствую. – молодой человек протянул ладонь для рукопожатия.
Женщина пожала руку, дружелюбно улыбаясь, однако было видно, как она напряглась, настороженно осматривая спутника подруги.
- Проходите, - спохватилась она, пропуская странную парочку в прихожую, - вам чай или кофе?
- Воздержусь, благодарю. - Виктор сделал несколько шагов внутрь, осматриваясь.
Агата слабо улыбнулась, и, опустившись на корточки, принялась расшнуровывать ботинки, но к ней подбежал русоволосый мальчик.
- Хей, Максик, как ты вырос, - пропела женщина, поднимая голову, и обнимая того, - я вам с Лилей принесла гостинцев, иди, попроси у мамы, - заговорщически улыбнулась она, отпустив жертву своих объятий. Тот радостно побежал на кухню.
- Здесь проживает кто-нибудь ещё? - тихо спросил мужчина, оставляя туфли рядом с обувью Вильяновой.
- Её муж, - тихо ответила девушка, поднявшись, - он на работе.
- Виль, вы где застряли? - послышался голос Ксюши из-за стены.
- Идём, Сень, - прыснула та, и обернувшись, жестом позвала молодого человека за собой. Женщина небыстро проходила по узкому коридорчику, стены которого были увешаны фотографиями в рамках на старый манер. Заприметив какую-то карточку, она подошла, с улыбкой разглядывая изображение.
- Не думала, что она у тебя останется, - весело отметила девушка в полголоса.
Ксюша выглянула из-за угла, вглядываясь в заинтересовавшую подругу фотографию.
- А с чего бы ей не остаться? - хозяйка квартиры тепло улыбнулась.
- Я думала, что твой муж не слишком жалует твоё прошлое, - хмыкнула Агата, проведя пальцем по запылившемуся стеклу.
- Прошлое, может, и не жалует, а какой вред от бумажки с хорошими воспоминаниями? - задорно пожала плечами Ксюша.
Вильянова мягко улыбнулась, печально посмотрев на двух ярко размалёванных длинноволосых девушек, весело смеющихся на картинке. Качнув головой, женщина подошла к подруге, крепко обняв её.
- Я соскучилась.
Та мгновенно ответила на объятья, мягко похлопав Агату по спине.
- Я тоже, Виль.
Молодой человек наблюдал за картиной из другого конца коридора, о чём-то расслабленно думая.
- Ну ладно, сантименты сантиментами, но ты, Агата, пришла явно не обниматься. - беззлобно произнесла Ксюша, мягко отстранившись.
- Да, я уже писала о том, что нам нужна твоя помощь. Тебе ведь известно, что Громов снова открыл на меня охоту?
Улыбка сошла с лица Ксюши, она взглянула на подругу со всей серьёзностью и кивнула.
- Да, старпёр никак не угомонится... Но твой план, чтобы ты понимала, будет держаться на одном добром слове. - девушка положила руки на плечи Вильяновой, уголки её губ дрогнули. - Ты готова на безумие?
- Твою мать, Сеня, ты как будто меня первый день знаешь, - напряжённо рассмеялась Агата, - я в этом варюсь уже много лет!
- Хорошо сохранилась! - Ксюша издала смешок и снова улыбнулась. - Я сделаю всё, что в моих силах, это я могу обещать.
- Я могу это как-то компенсировать? - тихо спросила девушка, оперевшись плечом о стену, с печалью глядя на подругу.
«Она будто бы постарела за этот год» - неожиданно пронеслось в голове.
«А чего ты хотела? – хмыкнула Вий. – Сама-то себя в зеркало видела?»
- Ну конечно! - воскликнула Ксеша, направляясь на кухню, - Конечно нет! - по холлу разлился мелодичный смех.
Вдруг, проносясь мимо, в комнату забежала Лиля, и подёргала маму за подол вязаного домашнего кардигана. Агата вяло улыбнулась и прошла за ними в помещение.
- Лиль, погоди немного, тётям надо поговорить. - мать дружелюбно отцепила детские ручки от одежды и, как будто осенённая чем-то, хитро улыбнулась. - Вон, иди поиграй с дядей Витей, хорошо? - молодая женщина невинно взглянула на удивлённого мужчину. - Вы ведь не против немного с ними посидеть, пока мы с Агатой поболтаем?
Виктор поморгал и неопределённо повёл головой.
- Конечно. - вздохнул он.
Вильянова изумлённо посмотрела на мужчину, затем на подругу и, невольно отмечая некоторое смущение, прыснула.
- Быстро же ты опомнилась. - хихикнула она, и виновато продолжила, больше обращаясь к своему конвоиру: - Извини, до меня не дошло, что нужно было что-то придумать и детям.
- Нет-нет, ты что? - Ксюша продолжала хитро улыбаться. - Я, как-никак, тут мама, это моя забота. Да и потом... - она перевела взгляд на молодого человека, который в тот момент едва поймал бросившуюся к нему девочку. - Кажется, я нашла им прекрасное занятие.
Женщина пожала плечами, и, когда дети заволокли Виктора в другую комнату, она села на просторный кухонный диван, положив голову на руки. С неё в миг слетела вся непринуждённость, оставив место усталости и бесконечной боли.
- Итак, о чём ты хотела поговорить? - в миг посерьёзневшая подруга уселась напротив.
- Я боюсь Лёшу, - тихо произнесла Агата, подняв лицо и внимательно глядя в глаза Сене, - до меня дошёл слух, что он ввязался в опасную игру. Это значит, что угроза распространяется не только на меня, но и на этого, - она тяжело мотнула головой в сторону двери, за которой скрылись её надзиратель и чудесная малышка.
Хозяйка квартиры понимающе кивнула.
- Лёшу стоит бояться. Но, насколько я поняла, "этот", - она указала в том же направлении, откуда теперь раздавался детский смех и возня, - сам на это согласился и поплёлся за тобой. Ты сама говорила, что он не глуп, а значит должен ожидать последствий своего выбора.
- Я иногда думаю, что он слепой, - вздохнула девушка, откинувшись на спинку дивана, загребая ладонью волосы, - и попросту не замечает во что ввязался. Я не переживу, если кто-то ещё погибнет от руки Громова, - хрипло произнесла Агата, покачав головой.
- Значит, тебе придётся ему довериться и работать сообща, чтобы никто больше от рук Громова и не погиб, - вынесла вердикт Ксюша, - потому что, я вижу, ни один, ни другой, от тебя не отстанут, - мрачно добавила она.
- Ну, тридцатого декабря один точно отлипнет, - хмыкнула Вильянова, переведя взор в окно, - но что дальше? Его могут прихлопнуть как муху, и всё.
- Сдаётся мне, что ты переживаешь за него не только потому, что он какой-то человек, - печально улыбнулась Сеня, поднимаясь с места и шаркая к холодильнику.
- Не поняла, - настороженно начала женщина, нервно вскинув брови и посмотрев на подругу, - это намёк?
«При чём самый наидерьмовейший», - так же напряглась Вий, удивляя хозяйку. Что это с ней?
- Нет, ты что, - не переставая улыбаться, пробормотала Ксюша, выуживая вино, - просто невинное предположение. А я что, не права?
- Смотря о чём говоришь, - ворчливо бросила девушка, заметно расслабившись, - я не пью, - торопливо проговорила она, увидев, что подруга достаёт бокалы.
Та изумлённо посмотрела на Вильянову.
- Что это с тобой? - озадаченно проговорила она, но тут же махнула рукой. - Виль, ну я же не слепая. Когда ты в последний раз так сближалась с человеком, что планировала с ним борьбу против Лёши и приводила его ко мне, к тому же и глазом не повела, когда он ушёл с Лилей, а я знаю, что ты её чуть ли не больше родной матери лелеешь?
- Сама себя в последнее время не узнаю, боже, - пробормотала Агата, потерев глаз тыльной стороной ладони, - с кем поведёшься, того и наберёшься.
«И правда, почему я позволяю ему настолько вмешиваться в мою жизнь?» - подумала она.
Ксюша мягко улыбнулась и задумчиво провела пальцем по кайме бокала.
- И правда... – произнесла она, будто бы тоже спрашивая у подруги этот же вопрос.
- Как Олег? - перевела тему арестантка, слегка подавшись вперёд, к Ксюшке. - У вас с ним всё хорошо?
Женщина пожала плечами.
- У нас с ним... Потихоньку. Ничего нового, словом, - протянула Сеня.
- Крейсер Олег Вадимович ходит по маршруту "дом-работа-магазин-дом"? - хмыкнула Вильянова печально.
- Вроде того. Иногда с пропуском остановки "магазин", - подруга несколько раздражённо поставила бокал, - понятное дело, работа работой, зато вон, Лиля в новом платье щеголяет, - вздохнула женщина.
Агата сочувствующе покачала головой.
- Понимаю тебя, к сожалению, конфетно-букетный период быстро заканчивается. Поэтому, мне оказалось легче быть одной, чем с человеком, которому на меня плевать.
- Ему не наплевать, - горячо возразила Сеня, - он бы не стал так пахать на работе, если бы ему было наплевать. Не стал бы, - хотя в последней фразе уже скорее звучал вопрос.
- Ему не плевать на семью, - уточнила девушка, сжав руку подруги и словно отрубая все дальнейшие сомнения этим жестом, - но ты сейчас ему не так уж и нужна. И дело в том, что он пашет на благо тебя и детей. Он любит вас, иначе бы давно ушёл.
Ксюша уткнулась в свой стакан, сдержанно кивая.
- Да. Да, ты права, - она ослепительно улыбнулась, хотя в уголках глаз сквозила грусть, - впрочем, как всегда.
- Прости, - опустила голову Виль, - я иногда вовсе не думаю, что и кому говорю.
- Нет-нет, даже не смей извиняться, - женщина шутливо пихнула подругу в предплечье, - серьёзно, мне иногда кажется, что ты винишь себя просто за существование мыслей.
- Я часто виню себя в принципе за собственное существование. - хмыкнула та, и резко перевела тему: - Как мама? Она пишет тебе?
Ксюша какое-то время обеспокоенно вглядывалась в лицо напротив, но, видимо, решила не цеплять больную тему.
- Пишет, пишет. Мне кажется, что это всё, что она успевает делать, судя по длине сообщений, - усмехнулась она.
- Я рада, что с ней всё хорошо. - улыбнулась девушка, водя ноготком по поверхности стола. - Расскажи мне что-нибудь, пока Витю не доели малыши.
***
Этот вечер пах шалфеем, пылью и холодом. Агата разбирала старые антресоли, до которых никак не доходили руки, и, чтобы хоть как-то выгнать удушающий запах старости, она приоткрыла окно в спальне.
Вдруг, ладонь наткнулась на что-то твёрдое, скользкое. Ощущая невнятный трепет, девушка изо всех сил поднялась на носочки, и, ухватившись за уголок, вытащила на свет божий коробку. Дыхание спёрло то ли от удручающе большого слоя грязи, то ли от неожиданной встречи с предметом.
- Хееей, Котик, смотри какое старьё я нашла! – радостно воскликнула молодая женщина, вбегая в главную комнату с ношей на руках.
Виктор вопросительно посмотрел на подопечную, оставляя закладку в книге.
- Что вы нашли, мисс?
- Это приставка моей бабушки, - прочирикала молодая женщина, стряхивая пыль с картона, - умеешь в это играть?
Молодой человек отрицательно покачал головой и, ненадолго выйдя из комнаты, вернулся с влажной тряпкой. Аккуратно взяв картонку у девушки, принялся методично очищать останки прошлого от пыли.
- Хочешь научу? - хитро спросила девушка, внимательно глядя на мужчину.
- А вы видите в этом смысл? - задумчиво спросил он.
- Да ладно тебе, неужели ты во всех моих действиях пытаешься видеть смысл? - фыркнула Агата, вытаскивая содержимое хлипкого футляра.
- Я скорее задаюсь вопросом, почему я не пытаюсь найти во всех ваших действиях смысл, - пробормотал Виктор, наблюдая за ней.
- Потому что я сумасшедшая, - резонно ответила Агата, разбираясь в проводках, - а сумасшедшие не логичные и непоследовательные люди.
«Люди?» - с насмешкой уточнила Вий.
- Люди... - эхом отозвался молодой человек, поглощённый махинациями сожительницы.
- Что-то не так? - настороженно спросила она, приподняв голову и прямо посмотрев мужчине в глаза. Оба её невольных слушателя сейчас сильно напрягали арестантку своим поведением.
Виктор не слишком уверенно помотал головой.
- Нет, я полагаю, что всё в порядке, вы можете продолжать подключать консоль, - отстранённо выдал он.
- У тебя точно всё хорошо? - не отступала женщина, с беспокойством наблюдая за молодым человеком.
Мужчина слегка заторможено кивнул.
- Да, разумеется, просто думал.
Она пожала губы и продолжила копаться с подключением приставки. Наконец, Агата победно подняла кулак в воздух.
- Думала с ума сойду с этими проводами, ужас какой-то, - она взяла в руки джостик, и похлопав рядом с собой по полу, протянула мужчине такое же устройство.
«Иронично», - подметил внутренний демон.
«Завались», - буркнула в ответ молодая женщина, устраиваясь поудобнее.
- Изъяны техники, - как-то неоднозначно проговорил Виктор, принимая контроллер и усаживаясь, - Как им пользоваться?
***
- Эй, так не честно! - со смехом воскликнула Агата, перевернувшись на другой бок, продолжая яростно нажимать на кнопки.
- Но я не нарушал никаких правил, - возразил молодой человек вполне серьёзно, зажимая несколько клавиш за раз.
- Ага, а подсечка? - хихикнула девушка. Вдруг, в голове взорвался целый фейерверк, отдаляя реальность, подключив целую какофонию звуков и спектр красок, давящих на серый мир отовсюду. Всё произошло так быстро и неожиданно, что Вильянова подскочила как ужаленная, оставшись наедине с острой болью, необыкновенно сильно точащей сознание.
- Что случилось? – услышала она будто сквозь толщу воды, однако, не обратив внимание, молодая женщина бросилась бегом в сторону ванной, не разбирая пути. Через несколько секунд она хлопала дверцами навесного шкафчика в поисках обезболивающего, благо оно быстро отыскалось и не пришлось переворачивать всё вверх дном.
- Мисс, что происходит? – донеслось до арестантки уже более отчётливо, которая судорожно расковыривала закрытую пачку, ломая ногти о выскальзывающий картон.
- Голова болит, - попыталась она более спокойно произнести, однако выходило это с трудом.
Молодой человек приблизился к подопечной и мягко выхватил упаковку из трясущихся рук. В одно движение открыл коробку и протянул пластинку с таблетками.
- Быть может, вам нужна профессиональная медицинская помощь?
Дрожащими пальцами Агата забрала таблетки у мужчины и выдавив несколько себе на ладонь, отправила в рот, запив их прямо водой из-под крана.
- Не горю желанием заново узнавать о том, каким чудовищем являюсь, - глухо произнесла молодая женщина, оттирая рот рукавом домашней рубашки. Сознание постепенно прояснялось, однако в глазах было всё ещё мутно.
- Чудовищем? Вы кажетесь вполне человеком, - напряжённо ответил молодой человек.
- Вот только ты не разводи этот цирк, ладно? - раздражённо бросила Вильянова, упрямо глянув Виктору в глаза. - Довольно, не делай вид будто не понимаешь о чём я. Все люди называют чудовищами тех, кого попросту не могут понять!
- Это нелогично, - изрёк мужчина, - получается, вы не понимаете себя?
- Получается, что так, - хрипло ответила девушка, устало сев на бортик ванной и закрыв глаза. Ужасно хотелось разбить себе голову прямо об эту раковину напротив, однако присутствие Виктора в комнате ставило ограничение на это действие.
«Боишься напугать малютку?» - ехидно поинтересовалась Вий, чей голос сейчас звучал на удивление ясно.
«Боюсь, что остановит», - ответила Агата.
- И... В какой сфере проявляется непонимание? – осторожно спросил парень.
- А так ли это важно сейчас? - тихо спросила девушка, тряханув косичками. - Тебе это не будет нужно, прими как факт мою неадекватность и просто с этим существуй.
Молодой человек осторожно присел рядом с Вильяновой.
- Предположу, что я принял вашу "неадекватность" уже больше, чем вы сами, - как бы невзначай бросил он.
- Чушь, - буркнула молодая женщина, скривившись, - даже Сеня не могла бы принять это больше, чем я сама, - Агата расслабила плечи.
- Но вы не считаете себя человеком, - возразил мужчина.
- Да, не считаю, - с вызовом произнесла женщина, ощущая новую волну раздражения, - и это моё мнение, имею на него право.
- Конечно, имеете, - смиренно кивнул Виктор, - но я просто... Хочу понять, что вас отличает от людей.
- Ярлык, висящий на шее, - девушка жестом показала, будто бы оттягивает верёвку от своего горла.
«Сколько пафоса в одном тапочке», - гоготнула Вий.
- Какой... Ярлык? – растерянно спросил молодой человек.
- Б***ь, Котик, - устало вздохнула Вильянова, переведя на мужчину тяжёлый взгляд, - я наркоманка, террористка, уголовница и в конец ё*****я. Выбирай, какой нравится, такой и вешай.
- Вы хотите сказать, что, будучи преступником, человек перестаёт быть... Человеком? - его голос дрогнул, - Но ведь... Я тоже совершал незаконные действия. И вы также утверждали, что я человек... Мисс, пожалуйста, перестаньте противоречить себе, вы не облегчаете понимание, - в смятении проговорил Виктор и запустил пальцы в волосы, сильно бледнея. Отчего-то женщина сейчас отчётливо видела в нём ребёнка, который требовал объяснений, искренне пытаясь разобраться в произошедшем.
- Ты не понял меня, - зажмурившись, пробормотала девушка, отгоняя столь яркий образ прочь, - людьми могут быть и преступники, и законопослушные граждане, но нельзя же всех делить на эти две категории, верно?
- Верно... Но тогда, что лишает вас... Звания человека? - глухо отозвался молодой человек.
- Я не знаю, - вдруг честно ответила Агата, прямо сейчас ощущая безысходность в высшей её степени. Это определённо был худший ответ из всех возможных, которые она могла дать.
- Значит... Вы всё же человек, если нет причин утверждать об обратном, - выдохнул Виктор, отнимая руки от головы.
- Думай как хочешь, - выговорила та, устало поднявшись с бортика ванной и направившись на кухню.
Отыскав бутылку вина, она шарила по ящикам в поисках штопора.
- Мисс, я сомневаюсь, что это хорошая идея. Учитывая то, что подобное происходит не впервые. – послышалось сзади. Отыскалась заветная открывашка.
- В этот раз у тебя есть выбор. - бросила молодая женщина, и, откупорив бутыль, налила себе в кружку напиток.
- Тогда его не было? - вскинул мужчина.
– Ты говорил, что не было, - через силу хмыкнула она, и, отпив из керамического бокала, вздохнула, - так что в этот раз я ставлю тебя в известность.
Он колебался. Переводил взгляд с вина на девушку, оттуда на чахлый цветок на подоконнике и обратно. Несколько минут утомительного выбора, и бордовая жидкость плескается в сколотую с краёв кружку.
- А вы не думаете, что такое времяпровождение только усугубит ваши головные боли?
- Да плевать что будет потом, - проведя рукой по щеке произнесла Агата, усевшись на подоконник, - главное, чтобы сегодня, хотя бы на час, я осталась в своей голове одна.
«Смело и тупо», - констатировала факт Вий.
- Насчёт этого... - Виктор щедро глотнул горячительного напитка, - вы говорили, что страдаете раздвоением личности. Означает ли это, что я, за время совместного проживания, взаимодействовал с разными людьми?
- Нет, - качнула женщина головой не раздумывая, - она что-то вроде моего внутреннего демона, который обожает комментировать всё происходящее. Ей удаётся вырваться только в моменты истерик.
- Мои соболезнования. Не имею представления, какого это, но, вероятно, вы хотели бы избавиться от подобного собеседника, - осторожно говорил молодой человек, - разве вы не хотите хотя бы дать прописанным медикаментам шанс?
- Эта тварь начинает бесноваться, стоит мне хоть как-то попытаться от неё избавиться. - вздохнула Вильянова и отпила из кружки. - Да что уж там - даже игнорировать её нельзя, начинает устраивать мне Третью Мировую. Хуже самых токсичных девчонок на свете. - девушка тяжело зажмурилась.
«Это твоя вина, - отрезал внутренний демон, - говоришь так, будто мы с тобой в отношениях невесть сколько.»
Мужчина, испытав, видимо, прилив участия, решил выместить его на замеченном ранее цветке. Залпом опустошил кружку, поднялся на ноги и взял из угла комнаты лейку.
- Мне жаль, - пробормотал он, поливая едва живое растение, - Но, быть может, вам всё же следует попробовать пройти лечение, разве что более радикальное. Если данная проблема может наносить даже физический ущерб, её явно не следует запускать.
- Я не рассчитываю прожить долгую жизнь, поэтому мне всё равно, - ответила девушка, и отхлебнула от своей тары вновь.
Этот вечер был на редкость утомительным, как морально, так и физически, Вильянова уже почти молилась об это окончании, устало вдыхая запах шалфея, невесть как поселившегося в этих комнатах.
- Почему вы не рассчитываете... Прожить долгую жизнь? – донеслось до её затуманенного сознания.
- Сам рассуди. Зачем тянуть лямку так долго, если ты не получаешь от неё никакого кайфа? Кому нужна эта жертва? Верно, никому, даже тебе эта ноша не пригодится, она со временем превращается в обузу, камень на шее, который не бросить, но и волочь за собой нет сил. - Агата слезла с подоконника, и, перебравшись на диван, подлила себе вина в бокал.
Молчание молодого человека разбавляло монотонное постукивание пальцем по стеклу. Со временем и оно стихло, оставляя только приглушённый шум города за окном и размеренные глотки. Наконец, Виктор медленно заговорил:
- Но ведь, мне кажется, следует скорее найти удовольствие в жизни, а не обрывать её, разве нет?
- А смысл, если это отберут? – резонно и медленно спросила Вильянова. - Я задолбалась бороться за что-то, что никогда не будет моим, устала искать счастье там, где его никогда и не было. - девушка протянула мужчине бутылку.
- Может, вы не там искали? - выдал тот, заново наполняя кружку.
Молодая женщина равнодушно пожала плечами. Не там? А где же тогда следовало? И есть ли вообще такое место, где это самое пресловутое счастье обитает, существует ли смысл в его поисках теперь, когда всё потеряно?
«А ты сама-то знаешь, что для тебя счастье?» - холодно спросила Вий, и девушка вновь удивилась её необычайно здравому мышлению. Она права, чертовски права.
- Может и не там, - наконец сказала Агата, спустя целую бесконечность.
Виктор приземлился на другой край софы. Несколько бокалов опустели в тишине. Когда бутылка оказалась почти опустошена, молодой человек всё-таки подал голос:
- Признаться, мисс, я вас то понимаю, то не понимаю. Странная вы... – уже несколько невнятно произнёс молодой человек.
- Знал бы ты, насколько странным тебя нахожу я, - фыркнула женщина, откинувшись на мягкую спинку дивана, прямо глядя в глаза своему спутнику, - может, оно и к лучшему, что мы не понимаем друг друга, кто знает...
- Я-то как раз - апогей нормальности здесь, - всплеснул руками тот, - я последователен, а вы эту последовательность с завидной регулярностью нарушаете!
- А ты робот? - с нажимом спросила Вильянова. - Если так, то отчего у тебя в программе так часто сбои происходят?
«Ты пожалеешь об этом» - вдруг ясно пронеслось в голове, и эта реплика точно принадлежала ей самой.
Молодой человек выпрямился в струну, странновато склонил голову на бок и уставился на Агату.
- Вы же вроде решили, что я человек, мисс.
- А сам-то ты для себя решил? - иронично выгнула бровь она. - Я-то могу что угодно думать, но от этого ничего не изменится.
- Я... Я думаю, я не вижу причин не быть человеком, раз уж и вы не видите, - пробормотал Виктор.
Девушка вздохнула и допила содержимое бокала залпом. Убеждаясь в своих мыслях, она невольно корила себя за подобные высказывания. Некоторое время в комнате стояла тишина, хоть ножом режь. Каждый, видимо, думал о своём, насущном, но возможно, их мысли сейчас были в одном ключе.
Хмель ударил в голову, заглушая визги Вий, и молодая женщина вдруг рассмеялась, и, не отдавая себе отчёта, она откинула голову назад. Вильянову пробрал истерический хохот, новыми волнами хлынув на воспалённый мозг арестантки. Она закрыла лицо ладонями, пытаясь приглушить звуки, но как бы не так - припадок давал лишь новые обороты.
Молодой человек с выражением испуга рывком отставил кружку, пододвинулся к Агате и постарался перекричать разразившуюся истерику:
- Мисс, что происходит? Что не так?
- Твою мать, я в дрова, - с невнятным для себя восторгом выдохнула она и вновь прыснула, до крови впиваясь ногтями в ладони. Её пугало подобное неконтролируемое состояние и одновременно бесконечно будоражило, несколько бессонных ночей подряд давали о себе знать.
Вдруг, она почувствовала прикосновение чужих рук к своим. Виктор неуверенно взял ладони Агаты в свои и отцепил пальцы от кровоточащей кожи, не позволяя в приступе разрывать ладони ещё сильнее.
- Постарайтесь дышать спокойно, - он сжал фаланги. Молодая женщина впервые за долгое время почувствовала успокоение и одновременно смятение. Стараясь не глядеть в глаза своему конвоиру, Вильянова сглотнула, тяжело смежив веки. Снова запахло дурацким шалфеем. Уголки губ дрогнули, и по щекам пробежали выступившие слёзы. Аккуратно вытянув руку из хватки парня, она оттерла солёные дорожки рукавом.
- Всё в порядке, это просто эмоциональная перегруз. – невесть зачем попыталась объясниться арестантка.
Молодой человек достал из кармана всё ту же упаковку бумажных платков и, выудив один, протянул девушке.
- Тогда, наверное, надо куда-то их... Выгрузить?
- Будет только хуже, - покачала девушка головой, принимая платочек, - оно того не стоит.
- Навряд ли будет хуже, чем есть, - заметил мужчина, пытаясь заглянуть в глаза подопечной, которая настырно не позволяла в них смотреть.
Она как-то невольно сжалась в комок, подтянув колени к подбородку, а лицо единожды приняло выражение неподдельной боли, почти ощущаемой, витавшей в воздухе вокруг неё.
- Оставим, - справившись с собой, наконец ответила женщина.
Виктор, подумав, слез с дивана и уселся на корточки перед Агатой, тем самым, наконец, умудряясь встретиться взглядами — обмирающий и встревоженный.
- Лекарства, скорая, алкоголь, сигареты, плед, еда, разговор?.. Я могу чем-то помочь?
Она вымученно улыбнулась.
- Мне не поможет ни скорая, ни плед, ни разговоры. - и, помедлив, мягко взъерошила волосы на голове мужчины. - Ты не в состоянии мне помочь, не парься.
- А что в состоянии вам помочь? – спросил мужчина, помедлив.
- Знать бы самой, - тихо ответила молодая женщина, погрустнев ещё сильнее и будто бы задумавшись, - я бы насмерть разбилась, но отыскала бы это. - резко тряханув косичками, девушка взяла в руки бутылку и протянула её Виктору. - Хватит уже этого, и так тошно.
Тот, почти немедля, подхватил сосуд и до краёв наполнил оба бокала. С остервенелостью подхватил свой и вновь уселся на диван. Почти одним глотком осушив кружку, Агата встала и подошла к подоконнику. Помедлив, она всё-таки распахнула окно и взяла в руки зажигалку, но не смела закурить.
- Снег пошёл, - медленно сказала она, окончательно понимая, что опьянела, но пока ещё не в край.
- Снег... Иногда так делает... - протянул молодой человек скорее подлокотнику, чем Вильяновой.
- Уже напился что ли? - гаденько хихикнула женщина, совсем передумав курить. Виктор обиженно указал на опустошённую бутылку, как будто она была виновата во всех бедах, скопившихся в этой квартирке.
- У меня таблетки есть, сейчас принесу, завтра утром выпьешь, иначе помирать будешь, - из последних сил выдавила из себя молодая женщина что-то трезвое и направилась в ванную.
- Зачем я уже второй раз, - рука блуждала в пространстве, не согласовывая действия с не совсем функционирующим мозгом, - Второй раз уже соглашаюсь на это?
- Чего ты там бормочешь? - донесся ворчливый вопрос из другой комнаты, а через несколько секунд на пороге кухни уже стояла хозяйка квартиры.
- Я бы хотел это узнать, - простонал мужчина, распластавшись на подушках.
Вздохнув, девушка положила на стол упаковку и опустилась рядом на корточки.
- Я может не права, что так фамильярно позволяю себе рушить эту стену между нами? - сонно пробормотала она.
Молодой человек вскинул брови.
- Вы о чём?
- Я быстро привязываюсь к людям, - объяснила Агата, - а любые прикосновения лишь ускоряют процесс. Ты уйдёшь, а я уже и не знаю, смогу ли вернуться в прежнюю колею.
- Ничто, - зевнул он, - ничто не мешает поддерживать связь после испытательного срока.
Вильянова выгнула брови.
- Так делают только друзья, а ты мне конвой, если помнишь.
- И поэтому сейчас отключусь после совместного распития алкоголя, - лениво возразил Виктор.
- Ты прав, - тяжело вздохнула она, опустив голову на сидение дивана, - жаль, что всё так.
- Мы нарушили рамки общения арестанта и конвоира и набрали сколько-то там статей, - растягивая гласные, произнёс молодой человек, борясь с очередным зевком, - но я не уверен, что жалею об этом.
- А говоришь, что самый нормальный здесь, - хмельно хихикнула Вильянова, - самый адекватный тут он. - кивнула она в сторону кота, устало подтянувшись на руках и сев на диван.
- Пожалуй... Научишь? - последняя фраза была обращена к "самому адекватному". Виктор нагнулся к полу и, кряхтя, притянул на колени животное, вороша шерсть на затылке и на полном серьёзе требуя ответов.
Девушка расслабленно рассмеялась.
- Как его назвать? - помедлив, спросила она с интересом глядя за пьяными махинациями своего спутника.
Молодой человек пожал плечами, давая комочку шерсти кусать свои пальцы. Хотя, скорее, он не мог остановить такое надругательство над собой из-за непрекращающихся зевков.
- Иди спать, - сказала женщина, наблюдая за этой односторонней битвой.
- Вы не менее пьяны, - бросила жертва насилия со стороны кота.
- А тебя вон как мажет, - хмыкнула она, невольно ощущая, как сама зевает, прикрыв рот воротником домашней рубашки.
- Так трудно пойти спать одновременно? - почти с мольбой взглянул на собеседницу.
- Тебе-то что, легче от этого? - недовольно пробурчала Вильянова.
- Вы почти не спите, мисс, - печально заметил Виктор.
- Ну и ладно, - сварливо причитала она, пытаясь говорить как можно более чётко, однако язык заплетался, спотыкался об слоги.
- Мне кажется, это не помогает вашим головным болям, - он нахмурился, разворачиваясь всем корпусом, - и вообще, полноценный сон - залог здоровья, или что там говорилось в той рекламе... - как-то невпопад закончил он.
Девушка слабо улыбнулась.
- Хватит заботиться обо мне больше Сени.
- Простите... - чересчур искренне извинился молодой человек.
Молодая женщина мягко улыбнулась. Да, это была та самая забота, которую ей и давали все, кого она любила. Видимо, Виктор всё-таки отдавал себе отчёт в действиях, раз не стал спорить.
Хмель, запах шалфея и ещё что-то вроде благодарности дурманили и без того сонный мозг, не позволяя взять под контроль тело, которое вдруг стало необычайно лёгким. Не в силах что-либо с этим сделать, девушка повернула Виктора к себе. Замявшись, она потянулась и аккуратно, скромно поцеловала его.
Кровь быстрыми молоточками застучала в висках, когда молодой мужчина через несколько секунд опасливо, едва ощутимо ответил. Тут, в голову будто вернулась Вий, однако не она одна подняла тревогу.
Отдалённым участком сознания Агата с ужасом осознавала, какую ошибку совершила, и постепенно алкоголь стал уступать место здравому смыслу, а вместе с ним и пониманию.
С непреодолимым чувством стыда девушка отстранилась, ощущая, как сердце бешено колотится на уровне горла, сглотнув, она вовсе отпрянула, вскочив с дивана и прижав дрожащие ладони к губам.
- И... извини! - только и смогла выговорить молодая женщина, а после, не дожидаясь реакции со стороны Виктора, выбежала из комнаты на балкон, по неосторожности громко хлопнув дверью.
Она упала на табурет, прижимая ледяные руки к горящим от стыда щекам, вдыхая надоедливый шалфей. Определённо, худший вечер в её жизни. Определённо ужасный. Это было слишком, и она пожалеет об этом ещё не раз.
***
Девушка стояла перед распахнутым настежь окном и нервно курила, встречая на удивление солнечный и морозный рассвет. На балконе было холодно, шея и спина покрылись мурашками, но она не обратила на это внимание, погрузившись в тягостные думы.
- Я бы рекомендовал надеть что-нибудь более тёплое, - резко бросили ей в спину.
- Ага. - отстранённо пробормотала Агата, и, словно придя в себя, продолжила: - Таблетки на столе, выпей.
- Благодарю. Но, насчёт этого... Неужели я опять согласился пить с вами, мисс?
Вскинув брови, Вильянова растерянно обернулась.
- Ты... не помнишь? - с трудом произнесла она, ощущая в некоторой степени облегчение и трепет.
Виктор покачал головой, тут же снова жмурясь от волны боли.
- Видимо, вы влили в меня несоразмерное с понятием здорового количество алкоголя...
«Сам пил, тебя не заставляли», - ехидно подметила пробудившаяся Вий.
Зажмурившись, молодая женщина отвернулась, чтобы скрыть стыдливо раскрасневшееся лицо.
- Да, видимо, это было лишним, - отстранённо бросила она, опуская корпус. Телефон, лежащий на подоконнике завибрировал, но остался незамеченным.
«Если он и правда ничего не помнит, - рассуждала Агата, - значит ли это, что мне нечего опасаться? И с какого момента его тогда покинул разум?»
Вдруг, прервав мысленный монолог, на спину опустился плед.
- Скажите, пожалуйста, я успел сделать что-нибудь, о чём сейчас следует жалеть? – спросил мужчина напрямую. Девушка мотнула головой, и, зябко поведя плечами, устало завернулась в полотно.
- Всё в порядке, не обращай внимание, - проговорила молодая женщина, взяв в руки мобильник, напряжённо вглядываясь в экран невидящим взглядом.
- Раз вы так считаете. - пожал плечами молодой человек. Постоял рядом ещё немного, но, видимо, окончательно замёрзнув, развернулся к двери. - Особые предпочтения на завтрак?
- Воды, пожалуйста, - тихо ответила она, снова беря в руки сигарету, но тут же опомнившись, раздражённо смяла бумагу в ладошке.
«Что это с тобой?» - визгливо хохотнула Вий.
Минуту спустя Виктор протягивал девушке стакан.
- Значит тосты.
- Спасибо, я не буду есть, - вымученно улыбнулась Агата, стараясь не смотреть на своего невольного сожителя.
- Это необходимо для вашего организма, мисс, - терпеливо настаивал тот.
- Я так наберу из-за тебя в весе, - шутливо проворчала она, не в силах признаться даже самой себе, что сейчас хотелось наесться разве что горой таблеток и запить её виски.
- С вашими порциями и рационом - не наберёте, - мужчина листал новостную ленту.
- Отстань, - всё так же отмахнулась девушка, закрыв окно, и остановив взгляд на почти сказочном зимнем пейзаже. Налипший на ветви деревьев снег начинал потихоньку таять, однако пока что держался на своём месте.
- Как только энное количество калорий окажется в вашей пищевой системе, - мягко парировал собеседник.
- Ты читал, что, Юля устраивает новый сбор? - перевела тему Вильянова, не отрывая восхищённого, почти детского взгляда от вида за стеклом.
- Ещё нет, - откликнулся молодой человек, тоже обернувшись к окну, - красиво...
- Воистину, - пробормотала женщина, и, тряхнув копной тёмно-русых волос, вышла из лоджии, что-то негромко мурлыкая себе под нос.
***
Весь путь до завода был проведён в тишине, и даже Вий не смела лишний раз высунуться, видимо, холодно было не только на улице, но и в пустой черепушке. Агата в сотый раз прокручивала в мыслях события вчерашнего вечера, отчётливо ощущая, как стыд вновь подгоняет всю краску к щекам. Хуже и не придумаешь!
Арестантка не заметила, как уже стояла возле своего излюбленного места, когда в голове будто щёлкнули выключателем. Она неловко замялась, однако, пересилив себя, подошла к Виктору.
- Слушай, надо кое-что уточнить. Ты не мог бы... м, не знаю, как объяснить... ну, ты не мог бы ничего не говорить сегодня Юле поперёк? Понимаю, что это задевает тебя, но всё же, давай попробуем с ней лишний раз не пересекаться, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание?
Мужчина помедлил и смерил Вильянову раздражённым взглядом.
- Я... - помедлил ещё немного. - Хорошо, - устало выдохнул он.
- Спасибо, - вымученно улыбнулась подопечная, и торопливо отошла от него, заняв своё привычное место на полуразрушенном подоконнике корпуса, вновь погрузившись в недавние воспоминания.
-... Итак, апофеозом всего является сезон охоты, который открыл Громов... На Агату! Вместо того, чтобы молча согласится, ты пригласила его на чай! Гениальное решение. – будто сквозь толщу воды пронеслось язвительное высказывание над головой девушки. Услышав своё имя, она встрепенулась.
- Тебя это касается? - ехидно спросила молодая женщина, откинув волосы с лица. - Ему нужна только я, малышка, он не педофил, чтобы носиться за тобой.
- Я - главарь группировки, в который ты состоишь. Тебе не следует об этом забывать. От нечего делать он может устроить облаву на нас! – чересчур эмоционально вещала глава, от чего поморщилась даже Вий.
- Ты не знаешь Громова, - неожиданно грустно качнула головой Вильянова, - для меня он открытая книга, слишком предсказуем. Каким бы он вам ни казался супер крутым и устрашающим, он такой же человек, как и все здесь собравшиеся, он тоже имеет слабые стороны, им тоже можно манипулировать. Но если ты настолько боишься какого-то старпёра, то зачем лезешь против правительства, которое может прихлопнуть и Громова, и тебя так же легко, как надоедливую муху? - прыснула Агата, спрыгнув с подоконника и подойдя к Юле вплотную. - Боишься психа, но прёшь против системы? Безумная тупость и отвага, а я всё думала, почему же меня так тянет к тебе, - хмыкнула она, пристально глядя в глаза девушке, заворожённая такими насыщенными оттенками гнева и страха.
Юля сощурилась.
- Даже если у Громова и есть слабые стороны, то одна их его сильных сторон - это поддержка со стороны властей. Ты правда думаешь, что настолько мощная банда с настолько длинными руками, огромными связями не имеет поддержки правительства?
- Ты когда ещё под стол пешком ходила, я уже знала наизусть все ходы этого ублюдка. Оставь на мне сие дело, я уж как-нибудь разберусь, старых не жалко, - отвесила Агата шутливый полупоклон.
«Что ты задумала?» - с тревогой взвизгнула Вий.
- Нет, не оставлю. Если ты хочешь верить в человека, который держит всю Москву в страхе, то это твое дело! Если хочешь верить в то, что он сам держится на плаву, то это твое право, но не ставь всю банду под угрозу! Ты понятия не имеешь, почему я так беспокоюсь. Я уверена, что и у Громова, и у правительства есть свои интересы, ведь... Дело на меня сфабриковано, у них нет и не будет ни свидетелей, ни улик. Уверена, что кто-то привел следователей ко мне. – упиралась Тонева, неимоверно взбесив этим собеседницу. Вильянова раздражённо закатила глаза и процедила сквозь зубы:
- Тогда мне нечего здесь делать. Трясись дальше за команду, которую сама же и поставила под удар. Считай, что меня больше нет, всего доброго. - она мрачно обвела всех присутствующих взглядом и направилась к выходу.
«Это конец! – верещал внутренний демон. – Нас убьют, прихлопнут, раздавят, уничтожат!»
Вдруг, затыкая её голос, коридорах здания прогремел выстрел. В двери виднелось крохотное отверстие. В ушах застучала кровь, вымывающая из самых тёмных углов души женщины экстаз, неимоверный восторг.
- Твою мать, Тонева, ну кто так стреляет? - рявкнула девушка, весело оборачиваясь. - Пристрелила бы давно, как и грозилась, на кой чёрт тебе сдалась эта игра?
- Это. Не. Игра. – процедила Юля. - Ты нужна живым людям, поэтому убивать тебя бессмысленно. У нас нет таких сил, чтобы бодаться с бандой Громова. Останься... Пожалуйста.
Неимоверная тоска обуяла Агату, задушив нарастающую истерику, и, под гомерически-гротескный хохот, плечи её невольно опустились.
- Как бы я не храбрилась, - тихо начала она, - я всё-таки боюсь подставить вас. Если Громов и правда связан с властями, то у нас есть лишь один шанс выжить, но тогда мне нужно исчезнуть. Я не выдержу, если кто-то из вас умрёт, - чуть громче продолжила молодая женщина, прямо посмотрев Юле в глаза, - тем более, если это случится по моей вине.
«Да что с тобой такое?!» - неистово визжала Вий.
- Нет, не уходи от проблем, если поможешь ребятам с тренировками, все будет хорошо. Сейчас мы не можем собираться слишком часто. Я думаю вскоре, Громов устроит облаву на нас. Поэтому нам тем более нужна твоя помощь. Нас всего восемь человек – это очень мало. – в голосе главы отчётливо проскальзывали нотки отчаянья. Сейчас, перед Вильяновой стояла не та отшибленная от реальности напрочь девчонка, нет. Агата отчётливо видела в ней ребёнка, потерявшегося в толпе, напуганного и безумно уставшего.
В пять шагов преодолев расстояние между ними, молодая женщина помедлила несколько мгновений, а после мягко, но крепко обняла Юлю, как мать обнимает своё несчастное, взрослое дитя, будто пытаясь закрыть собой её от напастей, острыми кончиками стрел впивающиеся в костлявую спину.
«Боже, сколько я буду страдать из-за своих необдуманных действий?» - с неожиданной болью подумала Вильянова, мысленно сжавшись в комок.