13. Слабое место

После двух вдохов я почему-то стала раздражать людей ещё сильнее.

Не сразу.

Не так, чтобы кто-то подошёл и сказал: "Поздравляю, Лириэль, ты удержала синюю искру два вдоха, теперь мы ненавидим тебя на три процента сильнее."

Нет.

Вейрхолд был тоньше. Он вообще любил делать вид, что ничего не происходит, пока под кожей уже расползается инфекция.

Сначала изменились взгляды. Они и раньше были. Но теперь в них появилось что-то новое. Не только насмешка. Не только страх. Не только любопытство.

Ожидание. Люди ждали, что я сорвусь. После оценки они поняли, что сила во мне есть. После столовой — что меня можно вывести. После физподготовки — что тело у меня слабее, чем магия. После слухов — что слово «дефект» попало глубже, чем я показала.

А после того, как я несколько раз не сорвалась, они, кажется, решили, что надо попробовать иначе. Потому что Вейрхолд быстро учил не только выживать. Он учил искать слабые места.

И однажды утром я поняла, что моим слабым местом стала не я. А Селена.

Началось всё с мелочи. Слишком мелкой, чтобы сразу назвать это нападением.

Мы пришли на теорию раньше обычного. Селена, как всегда, открыла свою тетрадь, аккуратно разложила ручку, лист с конспектом и маленький плоский флакон с водой, который носила с собой для практики. Я села рядом и попыталась не думать о том, что за последние дни это "рядом" стало почти автоматическим. Не привычным. Нет. Я всё ещё замечала. Просто уже не сопротивлялась каждый раз. Это, наверное, и было самым опасным.

Селена пролистала тетрадь и вдруг замерла. Я посмотрела на неё.

— Что?

Она молча подняла один лист. На странице, где вчера были её записи по стабилизации, кто-то размазал чернила водой. Не полностью. Достаточно, чтобы текст стал нечитаемым. Слова растеклись грязными серо-синими пятнами. Внизу, поверх испорченного конспекта, было криво выведено:

НЯНЬКА ДЕФЕКТА

Я почувствовала, как внутри всё стало очень тихо. Слишком тихо.

Селена смотрела на страницу. Лицо спокойное. Но пальцы на краю бумаги побелели.

— Кто? — спросила я.

Голос вышел ровный. Плохой.

Селена закрыла тетрадь.

— Не знаю.

— Знаешь.

Она не ответила.

Я медленно повернула голову к аудитории. Студенты занимали места, делали вид, что разговаривают о своём, доставали планшеты, смотрели в окна, смеялись не слишком громко. Никто не смотрел прямо на нас. Именно поэтому было понятно: смотрели все.

Где-то на два ряда ниже Кай Арден сидел боком, положив локоть на спинку скамьи. Его губы чуть дрогнули. Не улыбка. Почти.