6. Расскажи мне о Нерселе...

Парень поднял заплаканные глаза, пытаясь игнорировать коляску, точнее, то, что было в её направлении...

Если быть точнее, все, что раньше я мог упомянуть как «Видел» было лишь галлюцинацией. Если вы внимательно слушали, то Келле сказал «Я не вижу Релорна, но знаю, что он придет. »,  когда врач спросил о нем. И в данный момент в своей пустоте Келле и не заметил, как вся эта пустота и стала его миром.

—«Итерн?»

Худощавый мужчина коснулся ребенка в кровати и покрутил за спиной свою трость... Конец его фрака не шевелился, он, кажется, замер. Однако лицо его не выдавало ничего.

Увидев его парень зарыдал сильнее.

—«Почему ты не приходил ко мне?...»

Итерн приблизился и сел на корточки. Он поднял его лицо за подбородок. Парень рыдал, пустые глазницы были залиты слезами.

—«Почему ты бросил меня? Ты так задержался... Неужели я больше не достоин твоего внимания?...»

Итерн открыл жестокую правду, больше не испытывая ничего, наверное, как и его создатель:

—«Ты больше не ребенок.»

—«Но никто не объяснил мне, как мне быть взрослым... Значит ли эта фраза то, о чем я думаю? Я... Мне страшно, Итерн... Почему ты оставил меня, почему ты не предупредил меня? Почему ты...»

Он подавленно вскинул голову, продолжая:

—«Релорн вернется... Его цели слишком ясны, а я слишком легко поддаюсь ему... Я хочу домой... Хочу к тебе...»

Итерн сел рядом, взяв его израненную руку, нежно массируя пальцами кожу.

—«Ты знаешь, когда человек становится монстром?...»

Келле не ответил, лишь закрыв лицо руками.

—«Почему ты сделал это, если всегда считал, что жалость, твоя милостыня и я сделаем этот мир лучше.»

-«...»

—«Почему ты сделал это, если твой отец изменил твою жизнь так, как никто?»

—«...»

Вздох.

—«Расскажи мне о Нерселе...»

Попросил Итерн. Келле заплакал сильнее, роняя капли, смешивающиеся с кровью.

—«Дети, кто...»

Он срывался, хныча, опустив голову в пол.

Итерн вздохнул.

—«Пора научится жить самому, мое дитя... Я больше тебе не помощник.»

—«Так ты хочешь бросить меня?...»

Келле нахмурился. Итерн не ответил. Наш юноша все еще сидел на полу, заплаканный.

—«Ну и уходи! Я знал, что ты никогда не сможешь помочь мне! Ты никогда меня не любил! Ты бросил меня! И теперь...-»

—«Отлично. Так ты станешь сильнее... Может, перестанешь мечтать обо мне и не сделаешь такого.»

—«Прекрасно! Может быть, но лишь может быть так я стану спокоен! Может, я даже смогу нормально жить, но никто никогда не говорил мне, что нужно делать, никто не сказал, как мне справится... Никто никогда... Никто...»