Глава 86

Сириус спросонья не понял, что произошло. Он вскочил с кровати и выставил кулаки перед собой — видел, что так дрались магглы. Пока у него не было палочки, иначе драться он и не мог.

— Воу, полегче. — В дверном проеме стоял Римус, порядком удивленный реакцией друга.

— А, это ты, — хриплым от сна голосом сказал Блэк и, зевнув, вернулся в постель. — Извини, после Азкабана от каждого шороха подскакиваю, — совершенно обыденно добавил он, и от этих слов у Люпина по телу побежали мурашки.

После вчерашней находки он не смог сомкнуть глаз. Лежал несколько часов в постели и думал о Сириусе. О том, что тот чувствовал все эти годы. Невинно обвиненный в убийстве лучшего друга, вынужденный гнить в Азкабане, разбитый потерей жены. И он, Римус, когда-то отвернулся от него. Поверил другим, а не лучшему другу.

Люпин чувствовал себя ужасно виноватым. И хотел как можно скорее все исправить. Хотел рассказать об Октавии, но потом, вспомнив о детях Октавии и Регулуса, решил умолчать о ней. Вряд ли Сириусу понравится, что жена быстро забыла его и прыгнула в постель к брату. Так что он решил ограничиться только личными извинениями.

— Я пришел просить прощение, — Римус сел на стул и сложил на соседний набитый доверху мешок. — Вчера я нашел у Гарри нашу карту, — Люпин заметил, каким озорным блеском загорелись глаза Сириуса, — и увидел Питера Петтигрю. Он в школе. Разгуливает в образе крысы. Осталось только его найти. Но перед этим, — он швырнул мешок Сириусу на кровать, — поешь нормально и переоденься. Я проведу тебя в Хогвартс, чтобы ты помылся, и залечу раны. Там парочка настоек, стащил у Снейпа.

Блэк засиял и начал рыться в мешке. В нем обнаружились чистая рубашка, простые черные штаны, сменный комплект нижнего белья, белые носки и старый пиджак. На дне лежали сэндвичи и несколько яблок, а рядом с ними — колбы и склянки, помеченные этикеткой «Собственность Северуса Снейпа».

— Нюниус все такой же позер, — хмыкнул Сириус и поднялся с кровати.

***