Глава 25: Опровержение смерти.

На часах было 3:40 утра. Лизи никак не могла уснуть, она все думала об Алексе... Девушка отчетливо понимала, что произошедшее сегодня – было единственным выходом из сложившейся ситуации, ведь Алекс уже давно проебал свою психику и обратного пути для него не было. Но Лизи не была уверена, что все это понимает Нина, и боялась, что это может надломить ее и без того расшатанную психику еще сильнее. И все же, девушка не теряла надежды, что Нина уже скоро сможет вбиться в колею, а уж она сама сделает для этого все возможное, чего бы ей это не стоило.

Лизи аккуратно, дабы не разбудить сестру, отодвинула с ее головы одеяло, убрала с лица прядь белых волос и по-матерински погладила по щеке. Из глаз Лизи скользнули слезы.

Вдруг тишину пронзил грохот выбитой двери и в номере включился свет.

– Вставайте, суки! Я вернулся! – бодро заорал Квентин, стоящий на пороге, его голова была перебинтована. Невооруженным взглядом было видно – этому джинсовому человеку кто-то налил. – А ну подвинься, жиробазина! – заорал он, сталкивая с кровати Джону, и плюхнулся на его место.

– Но ты же умер... Мы видели, как тебя подстрелили... – пролепетала Лизи, прикрыв ладонью рот.

– Я что, олень что ли какой-то, чтоб меня подстрелили? А? А ну-ка повтори свои слова еще раз, дура! Или будешь обоссана прямо сейчас!

– Я же видела, как ты... – продолжала охуевать девушка.

– Хули ты там видела, шмара? – взорвался Тарантино и затряс дробовиком. – Короче, вас это ебать не должно! Я не намерен перед вами отчитываться! Давайте я лучше всех вас обоссу вместо этого!

– А почему ты один? Где Декстер? – слабо спросила Нина, протирая заплаканные и заспанные глаза, невольно переведя таким образом тему и умерив гнев джинсового мужчины.

– Этому псу прострелили ногу – он не может ходить, поэтому я оставил его в машине, где этот обоссаный уснул! – сменил Квентин свой тон на пренебрежительный, улегся на кровать и положил под подушку дробовик. – Эй! А что это вы такие опухшие и красные? Пчелы покусали? А что с глазами? Конъюнктивит? – указал он на сестер и засмеялся. – Ладно, все это тоже меня абсолютно не ебет! – резко прекратил он смех. – Я голоден и не отказался бы от пива... Ты кудрявый иди и принеси мне пожрать, а ты толстяк быстро метнись за пивом!

Алан и Джона стояли как вкопанные, даже не моргая, ведь не могли понять, кому какую команду выполнять, ибо оба были толстыми и с кудрями. Мдааа... Может хватит уже курить эту дурацкую травку из Сиэтла?