Эпилог

Первым ощущением был свет. Не яростный, режущий больные глаза, а мягкий, тёплый, золотистый. Он просачивался сквозь веки, окрашивая мир в оранжевые тона. Потом пришло обоняние — стерильный, но не больничный, а скорее домашний запах чистого белья, смешанный с лёгким ароматом цветущей где-то рядом яблони.

Джо медленно открыла глаза. Она лежала в незнакомой, но уютной комнате. Лёгкая простыня укрывала её до пояса. Стены были светлыми, на подоконнике стояла ваза с полевыми цветами. За окном шумели листвой какие-то высокие деревья.

И тогда она увидела его.

Он сидел в кресле у её кровати, склонившись над книгой. Его профиль был таким знакомым и таким... другим. Он выглядел старше. Не на пару лет, а на добрых пять-шесть. Черты лица стали тяжелее, увереннее, в уголках глаз легли лучики морщинок. Но это был он. Непризрачный, не полупрозрачный. Плотный, реальный. Его светлые волосы были чуть короче, чем она помнила, а в тёмно-зелёных, её собственных глазах читалась усталость и бесконечная нежность.

Он почувствовал её взгляд и поднял голову. Книга захлопнулась.

На его лице расцвела медленная, счастливая улыбка. Улыбка, которую она не видела годами.

— Ириска, — его голос прозвучал глубже, старше, но в нём звенели те же нотки, что и в воспоминаниях. — Наконец-то. Мы уже начали волноваться.

Джо не могла пошевелиться. Она лишь смотрела на него, пытаясь понять, не смешается ли снова сознание, не уйдёт ли этот призрак. Она боялась моргнуть.

— Себ...? — её собственный голос был хриплым шёпотом, будто она не пользовалась им вечность. — Это... сон? Я умерла?

Себастьян мягко рассмеялся, тёплым, бархатным смехом. Он протянул руку и коснулся её щеки. Его пальцы были тёплыми, живыми, шершавыми.

— Нет, моя маленькая ириска. Ты не умерла. Хотя чертовски близко подошла к этой черте. Пришлось тебя буквально вытаскивать. Добро пожаловать назад.

Он помог ей присесть, подложив под спину подушки. Действовал уверенно, знающе, как человек, привыкший ухаживать за больными.

— Но... как? — Джо с трудом собирала мысли в кучу. Память возвращалась обрывками: ванна, таблетки, темнота... — Тебя же... Машина... Похороны... Я была там.

Тень печали скользнула по его лицу.

— Это долгая история, Джо. Очень долгая. И тебе нужно окрепнуть, прежде чем ты её услышишь. Скажу лишь, что моя «смерть» была... инсценировкой. Для твоей же безопасности. И безопасности мамы.

— Мама? — в глазах Джо вспыхнула надежда. — Она знает? Она же... она снова вышла замуж, у неё будет ребёнок...