Обед, лифт и розовая ленточка

После утреннего переполоха с неподписанным отчётом я поняла, что мне срочно нужно выйти из кабинета. В нашем НИИ именно вне рабочих мест иногда становится чуть яснее, что вообще происходит.

Я вышла в коридор и направилась к лифту. Он всегда скрипел так, будто комментировал каждое своё движение. Поэтому можно безошибочно определить, где именно лифт сейчас находится и в каком он настроении. Я терпеливо встала у стены и поняла, что вполне успею выспаться, судя по нежно гудящим звукам внизу шахты.

— Хелена, Вы на обед?

Я чуть не подпрыгнула. Рядом стоял Тойфель. Он выглядел уже не таким взбудораженным, как утром, но всё равно напряжённым — как человек, который всё ещё прокручивает в голове давно завершившийся разговор.

— Нет, еще рано, — сказала я машинально, выходя из полудремы.

Он кивнул и улыбнулся так, словно это движение лица требовало от него отдельных усилий.

Лифт наконец добрался до нашего этажа и распахнул двери с тяжелым вздохом. Мы зашли внутрь. Тойфель нажал кнопку первого этажа. Я ничего не сказала — мне было туда же.

— Насыщенное утро, — произнёс он после напряженной паузы.

— Это мягко сказано. Особенно его начало, — ответила я с вежливой улыбкой.

Я не поняла, оценил он шутку или просто хмыкнул. Тишина, нарушаемая только скрипом троса, была густой и неприятной. Аромат одеколона постепенно наполнил пространство.
Мы вышли вместе и почти синхронно.

Потом, не сговариваясь, свернули в сторону площадки для курения. К моему удивлению, там почти никого не было. Я полезла в карман за сигаретами и нащупала что-то маленькое и плотное. Вытащила оттуда аккуратную плиточку шоколада. Ту самую, «на потом», которую я сунула перед выходом из дома. Я посмотрела на нее с легким раздражением.

—Вот ведь,... — сказала я, придумывая подходящее ругательство.

Тойфель посмотрел на шоколад, потом на меня и молча протянул свою пачку. Дорогую, с запахом, который выдавал привычку к контролю даже в мелочах. Я взяла сигарету, не раздумывая.

— Тогда взаимно, — сказала я, протянув ему плитку.

Он взял, убрал ее в карман пиджака, улыбнулся и почти незаметно покраснел. Я не сразу поняла, что это румянец. Просто для Тойфеля, который обычно носит маску ледяного спокойствия, это было событие.

— Спасибо, — сказал он, отведя глаза куда-то в сторону.

Мы курили молча. Я заметила, что дождь уже закончился и на небе появились тонкие лучи осеннего солнца. Запах табака, его одеколона и влажного воздуха смешивались. В этом было что-то непривычное и будничное одновременно.