Глава VIII Преизобилующая благодать

Ярость и сталь в кулуарах

За закрытыми дверями личной комнаты Брунгильды бушевала настоящая буря. Вся сдержанность, вся холодная маска стальной предводительницы валькирий разлетелась вдребезги.

КРАШ-Ш-Ш!

Тяжелый резной стул из божественного дуба с грохотом врезался в стену, разлетаясь на щепки. Брунгильда тяжело дышала, её волосы растрепались, а в зеленых глазах стояли слезы чистой, первобытной ярости и скорби. Она крушила всё, до чего могла дотянуться: разбивала изящные статуэтки, опрокидывала столы, вымещая всю ту боль, которую не имела права показать на людях. Седьмая сестра, Регинлейв, сгорела дотла. Отец человечества, Адам, погиб, оставив людей на грани уничтожения. Счет 2:0.

— Проклятье... Проклятье! — сквозь зубы рычала Брунгильда, сжимая кулаки так, что ногти вонзались в ладони до крови.

Младшая валькирия Гёлль забилась в угол комнаты, со страхом и слезами глядя на старшую сестру. Она никогда не видела Брунгильду в таком состоянии.

Но уже через минуту Брунгильда резко остановилась посреди разгромленной комнаты. Она закрыла глаза, сделала глубокий, леденящий вдох и, когда открыла их снова, на Гёлль снова смотрела прежняя предводительница — собранная, безжалостная и расчетливая. На кону стояла судьба всего человечества. Времени на траур не было. Она подобрала с пола планшет и активировала экран.

Идеальный Бог

В это же время на трибунах богов царило абсолютное высокомерие. Две победы подряд вскружили бессмертным головы. Чтобы окончательно растоптать дух смертных и закрепить свой триумф, боги решили отправить на арену того, кто олицетворял само божественное совершенство.

Посейдон. Бог Морей. Владыка Океанов.

Среди всех пантеонов его знали как «Тирана Океана». Посейдон был самым холодным, высокомерным и безупречным богом Вальгаллы. Он никогда не смотрел на людей — для него они были даже не грязью, а абсолютным ничем, пустотой. Он презирал саму мысль о том, что богам нужно как-то доказывать своё величие перед ничтожными смертными.

Когда объявили его имя, трибуны богов затихли в благоговейном страхе. Посейдон медленно шел по коридору, его золотистые волосы сияли, а в руке он сжимал легендарный трезубец. Вода у его ног покорно расступалась, признавая своего абсолютного хозяина. От него исходила такая аура ледяного превосходства, что даже другие боги не смели поднять на него взгляд.

Величайший неудачник