Глава 13

Я вышла из туалета, чувствуя, как внутри меня всё ещё пульсирует игрушка - тихое, но настойчивое напоминание о его присутствии. Я поправила платье, провела пальцами по волосам и оглядела коридор. Тейта нигде не было. Я прошла несколько шагов в сторону гостиной, заглянула в зал, где играла музыка, но его не было и там. Я чувствовала лёгкое беспокойство, но тут же напомнила себе, что он всегда так делал - исчезал, когда появлялись дела или звонил телефон. Он не обязан был отчитываться передо мной. И всё же внутри меня засела тревога.

Тейт

Я вышел из зала, чувствуя, как в кармане вибрирует телефон.

Отец.

Сообщение: «Поднимись ко мне. Жду».

Я сжал челюсть, убирая телефон. Мне хотелось быть с Эвой. Хотелось прижать её к стенке, снова почувствовать её вкус, вздохнуть запах волос, услышать как она дышит, даже если она уже кончила сегодня. Чёрт, мне было мало. Мало этого. Я чувствовал, как внутри меня горит желание, которое не утихало, а только разгоралось с каждой минутой.

Но я знал, что сейчас не время. Отец не терпел опозданий.

Я поднялся на второй этаж и вошёл в кабинет. Высокие потолки, массивный деревянный стол, кожаные кресла, шкафы с книгами. В углу висел большой телевизор, на стенах - картины, изображающие охотничьи сцены. Всё здесь дышало властью и деньгами. Всё здесь было выстроено так, чтобы подавлять.

Отец сидел за столом, откинувшись на спинку кресла, и смотрел на меня с лёгкой усмешкой.

- Привет, сын, - сказал он, и голос его звучал спокойно, но в нём чувствовалась сталь. - Рад видеть.

- Привет, пап, - ответил я, садясь напротив.

Отец наклонился вперёд, складывая руки на столе.

- Не буду тянуть. Будем говорить по делу. Скоро сюда поднимется отец Эвы. Я хочу, чтобы ты рассказал мне о ней. Как она в реальной жизни? Какая она в постели?

Я сжал кулаки под столом, чувствуя, как внутри закипает злость. Отец смотрел на меня с лёгкой насмешкой, будто проверяя мою реакцию.

- Девушка и правда милая, - добавил он, усмехнувшись. - Я бы и сам мог проверить, если бы захотел.

Я почувствовал, как мои пальцы впиваются в ладони. Он специально говорил это, чтобы вывести меня из себя. Чтобы проверить, не дала ли трещину его воспитание. Если он поймёт, что всё, что он годами вкладывал в мою голову, пошатнулось, трещина будет уже в моём черепе. Я заставил себя расслабиться, убрать все эмоции из глаз.

Отец хмыкнул, заметив, как я напрягся, но ничего не сказал. Он достал из ящика стола папку с документами и положил её передо мной.