91-часть
Когда камера погасла и экран окончательно потемнел, повисла тишина. Только слабое гудение компьютера и приглушённый свет из лампы в углу комнаты. Егор глубоко выдохнул и откинулся на спинку кресла.
— Ну вот, — сказал он, глядя на меня, — теперь вся страна знает.
Я улыбнулась, но в груди всё ещё стучало быстро — от волнения, от облегчения, от всего сразу.
— Мне кажется, я впервые за эти месяцы так выдохнула, — призналась я. — Столько времени держали в себе…
Егор встал, подошёл ко мне и обнял.
— Ты умница, — прошептал он. — Я видел, как ты волновалась, но справилась идеально. И выглядела просто нереально.
Я засмеялась, уткнувшись носом в его футболку:
— Ну, спасибо, старалась не расплакаться перед камерой. Хотя в какой-то момент, когда ты сказал “это наша история”, — глаза сами предали.
Он погладил меня по спине, потом отстранился, чтобы посмотреть в глаза.
— Я правда горжусь тобой, Никусь. И собой чуть-чуть тоже, — добавил он с улыбкой. — Мы это сделали по-честному. Без хайпа, без постановок. Просто как есть.
— Именно так и должно было быть, — сказала я тихо.
Мы постояли так ещё пару минут, обнявшись, а потом он выключил свет в студии и потянул меня в гостиную. На кухне всё ещё стояла кружка с остывшим чаем — мой “амулет спокойствия” перед стримом.
Егор взял её, сделал глоток и поморщился.
— Холодный, как мои шутки.
— Тогда сделай новый, — ответила я, смеясь. — Или лучше — какао.
Пока он возился у плиты, я села на диван, завернулась в плед и достала телефон. Лента уже кипела — клипы со стрима, нарезки, комментарии. Под каждым видео — тысячи “поздравляем”, “какие вы настоящие”, “самая красивая пара”.
Егор подошёл с двумя кружками, поставил одну передо мной и сел рядом.
— Смотри, — сказал он, глядя на экран, — наши ребята даже мем успели сделать. “Когда осознал, что теперь будешь папой”. — Он показал картинку, где был его кадр со стрима с ошарашенным лицом.
Я рассмеялась, чуть не пролив какао.
— Ну всё, интернет не прощает.
— Зато запомнит, — подмигнул он. — Пусть знают, что я счастливый идиот.
Мы допивали какао, сидя рядом, молчали и просто наслаждались покоем.
— Знаешь, — сказал он спустя паузу, — это, наверное, самый важный стрим в моей жизни.
— В нашей, — поправила я и положила ладонь на живот.
Егор посмотрел туда же, потом снова на меня — с тем самым мягким взглядом, от которого внутри всё таяло.
— Да… в нашей, — повторил он и тихо добавил: — Добро пожаловать в новую главу, Никусь.
Я улыбнулась, коснулась его щеки и прошептала:
— Главное, чтобы мы писали её вместе.