Глава 31.
Передавая Марину в руки Рыжова, Джокер не стал ничего объяснять. Казалось, Дмитрий Иванович и сам всё понял — ни единого вопроса не прозвучало, лишь спокойное:
«Не волнуйся, я за ней присмотрю».
Хотя казалось, что слова эти должен произносить именно Саша — забрав дочь у отца, пообещать, что с ней всё будет в порядке, вернётся ровно в десять.
Лишь оказавшись в машине, он набрал номер Шрама, нервно постукивая пальцами по рулю. За три длинных гудка Джокер успел перебрать в голове с десяток ситуаций, которые друг мог обозначить «проблемой»: явление конкурентов, семейные неурядицы, внезапные «гости», приехавшие без приглашения, или же очередная стрелка у какого-нибудь заброшенного завода. Не хотелось думать только о том, что это как-то связано с Дятловым. Про Дятлова вообще думать не хотелось, потому Джокер гнал мысли куда подальше, чтобы не разочаровываться в жизни, которая и так особо ничем не радовала.
Разве что иногда.
— Ты когда сможешь за город приехать? — спросил Шрам, перекрикивая непонятный шум на заднем плане.
— Через полчаса буду, — ответил Саша, заводя машину. — Что у вас там происходит?
На фоне снова что-то зашумело, а затем связь прервалась. Громко выругавшись, Джокер бросил телефон на соседнее сиденье и сразу же направился в посёлок. Погода хранила спокойствие, потому добраться до дома отца чуть раньше озвученных сроков не составило труда. В звуки, заглушавшие голос Витали при разговоре, Саша не вслушивался, а стоило — это позволило бы хоть немного подготовиться. Однако, когда автомобиль притормозил у закрытых ворот, ничего подозрительного и вообще похожего на тот самый шум Джокер не услышал. На террасе мигала огоньками гирлянда, в гостиной с небольшими огрехами играл старый патефон, отрытый Василисой на чердаке в начале уходящего года.
Саша скрипнул зубами.
Казалось, что всё нормально, но отсутствие шагов и голосов будто намекали на то, что Джокер попал с одного спектакля на другой.
— Ну, если это шутка какая-то... — пробормотал он и достал из бардачка запасной глок, который всегда возил с собой на всякий пожарный.
Несмотря на картины мести, подбрасываемые воображением за такие идиотские шутки, он надеялся, что Шрам и другие действительно решили приколоться. Пусть и совершенно неуместно, учитывая произошедшее и Дятлова в подвале. Шутку можно простить, предварительно наказав минимальным подзатыльником, иные же варианты в Сашиной голове сулили потери. Саша не хотел никого терять.