глава 5: новая нить

Начало октября принесло прохладу и туманный свет. Утро пахло дождём и опавшей листвой, а первые лучи солнца пробивались через занавески робко, едва касаясь пола. Я проснулась с ощущением, что ночь пролетела впустую, будто всё, что случилось вчера, осталось лишь слабым эхом в голове. На часах было семь пятнадцать. Комната была прохладной, а усталость словно въелась в кости.
Я надела топ-рубашку, сверху коричневую кожанку, накинула большие наушники на шею — тяжёлые, мягкие, словно амбушюры поглощали весь мир, оставляя только мои мысли — и взяла сумку. Внутри лежали блокнот, старые рисунки, карандаши и ручки. Всё, что может понадобиться, если день станет расследованием.
Улица была влажной, асфальт блестел, отражая фонари и первые проблески солнца. Я села в автобус, устроилась у окна и смотрела на отражения в лужах. Мокрый асфальт, запах дождя — этот город казался чужим, будто каждое знакомое место вдруг стало странным. Мы ехали медленно, и мысли возвращались к Лиаре Вейн. Почему она исчезла? Как это возможно? Я сжала блокнот на коленях, стараясь успокоиться.
Наоми написала мне, что сегодня не придёт. Я вздохнула и убрала телефон в сумку. Один день в колледже — один день для расследования.
Когда я пришла к колледжу, обнаружила его закрытым. Коридоры были пустыми, двери заперты, а тишина казалась почти физической, тяжёлой и напряжённой. В холле я заметила девушку, которая стояла неподалёку, держа руки в карманах и наблюдая за каждым, кто проходил. Она не подходила ко мне, не пыталась заговорить, просто смотрела — пристально, внимательно. Я почувствовала лёгкое раздражение и напряжение. Селена. Её взгляд словно прицел, который не сводился с меня ни на секунду.
Я прошла мимо, стараясь не замечать её, и направилась в кабинет, где можно было устроиться за столом. Здесь я начала перебивать свои мысли, систематизируя события последних дней. Ко мне зашли.
— Ты… новая, да? — сказала она наконец ровным голосом. Селена. Я сразу почувствовала лёгкое напряжение: это был взгляд, под которым невозможно было скрыть ни одного движения.
— Да, — ответила я, осторожно присаживаясь на скамейку напротив. — Я Эретрия.
— Селена, — коротко кивнула она. — Слышала о пропаже девушки.
— Лиара Вейн? — переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Да. Я… я видела кое-что.
— Что именно? — Она сдвинулась ближе, но всё ещё держала дистанцию. — Ты уверена, что стоит говорить?
Я вздохнула. Словно внутренний голос шептал: «Проверяй её». И я начала осторожно:
— Там… в переулке… я заметила… что-то странное. Что-то, что не должно было быть. — Я сделала паузу, изучая её реакцию. Селена не моргнула, взгляд остался холодным, внимательным, почти как прицел. — Это… это был труп.
Её глаза на долю секунды расширились, но выражение оставалось почти ровным.
— Труп? — переспросила она тихо. — Ты уверена?
— Не совсем, — призналась я. — Я не видела лица. Это было коротко, почти туманно. Но детали: фонарь, мокрый асфальт, трещины в стенах — всё это застряло в памяти. — Я сжала блокнот на коленях. — Я просто хотела узнать, кто ещё мог это заметить.
Селена кивнула, как будто осмысливая услышанное. — И что ты думаешь?
— Думаю, — начала я, осторожно подбирая слова, — что нужно записывать всё. Даты, места, ощущения. Каждый человек, каждый объект может быть ключом.
— Ты… занимаешься расследованием сама? — спросила она, слегка прищурив глаза.
Я кивнула. — Да. Мне кажется, что если кто-то ещё видел это, я смогу собрать куски воедино.
— Это опасно, — сказала Селена тихо, почти шёпотом. — Ты понимаешь, что можешь напороться на что-то… или кого-то?
— Я понимаю, — ответила я ровно. — Но я не могу просто сидеть и ждать.
Она молчала несколько секунд, изучая меня. Я видела, как она пытается определить, могу ли я доверять себе самой. Затем сказала:
— Хорошо. Но помни: доверять следует осторожно. Не всем, кого встречаешь.
Я кивнула, ощущая внутреннее напряжение. Каждое слово, каждый взгляд — это был тест. Селена всё ещё держала меня под прицелом, но теперь я знала: она хоть и незнакомка, но может быть полезной.
В кофейне, куда я направилась после колледжа, было тепло. Я заказала тыквенное латте, аромат имбиря и корицы мгновенно обволок меня, и я села за стол у окна. Капли дождя стучали по стеклу, создавая ритм для моих мыслей. Я достала блокнот и начала фиксировать всё, что вспомнила: автобус, переулок, силуэт парня с кудрявыми волосами и золотистыми глазами, мокрый асфальт, фонари.
— Странно, — шептала я себе, — как одно совпадение может быть настоящим…
Люди вокруг говорили тихо, их голоса становились фоном, но я ловила отдельные слова: «тело», «последний день», «не видели никого». Я аккуратно фиксировала их в блокноте.
Вернувшись домой на скейте, уже почти стемнело, около 18:45, я разложила все рисунки, фотографии и записи. Вытянула большую доску и начала фиксировать события:
11 октября — рисунок переулка, фонарь, мокрый асфальт, трещины на стенах.
12 октября — последний день, когда Лиару видели живой.
13 октября — автобус, где я заметила силуэт высокого парня.
14 октября — ощущения переулка, будто кто-то наблюдает.
Каждое событие я соединяла нитями, приклеивала стикеры, делала пометки о местах и ощущениях. Воспоминания постепенно складывались в единую схему.
Я садилась перед доской, перебирая детали, даты и рисунки. Каждая ниточка, каждая запись, каждый стикер создавали сложную мозаику из событий, людей и мест. Сердце колотилось, но появлялось чувство ясности.
— Всё это — ключи, — шептала я себе, — шаг за шагом я соберу их воедино и найду правду.
Воспоминания о переулке, рисунках и автобусе возвращались снова и снова, каждая деталь начинала иметь смысл, соединяясь с другой. Я видела их на доске, словно оживающими в реальности, и понимала: теперь расследование стало моим долгом.