Глава 6. Кассандра

После заполнения документов в кабинете директора родители уезжают, и я остаюсь одна — с бумагами, правилами и ощущением, что меня только что аккуратно внесли в чужую систему координат. Я внимательно читаю, подписываю, что ознакомлена и не собираюсь разбивать гигантскую люстру в холле или, скажем, посыпать фтором горшки с хлорофитумом. Формулировки здесь, надо признать, почти поэтичны в своём недоверии к человеческой природе.

Далее меня передают в руки куратора скрипичного отделения — Джулианы Кроу. Она высокая, с мягкой, почти театральной выразительностью движений, и выглядит как человек, в котором ирландская кровь решила проявиться особенно настойчиво: бледная кожа, тонкий подбородок, вытянутый нос, веснушки, и длинные рыжие кудри, будто впитавшие в себя весь возможный огонь, который её телу не позволено показывать открыто. Контраст между её внешней живостью и бледностью производит впечатление почти музыкальное — как диссонанс, который всё равно оказывается правильным.

Я следую за ней по красному коридору, где люстры покачиваются высоко над головой, движимые потоками воздуха. Каблуки её высоких ковбойских сапог выстукивают ритм, в котором есть что-то метрономное, а пальцы — странно музыкально — рисуют в воздухе невидимые фразы, будто она дирижирует пространством. У одной из дверей она останавливается, оборачивается ко мне и улыбается — просто, без давления и без попытки понравиться.

— Нас ждёт комиссия из трёх человек. Определим твой уровень.

Я молча киваю и вхожу внутрь, оказываясь сразу на небольшой сцене. В этом зале для прослушиваний два входа: один для публики, противоположный — для исполнителя. Я оглядываюсь, коротко здороваюсь с присутствующими. В первом ряду комиссия прерывает разговор, когда мы появляемся. Старая, немного скукоженная временем дама с безупречной осанкой и дивной коралловой шляпкой с пером; темнокожая молодая девушка с короткими волосами; мужчина чуть старше среднего, в строгом костюме в тонкую линию и фиолетовых туфлях. Чуть поодаль — ещё один парень, похожий на студента, случайно оказавшийся не в том месте, чтобы поспать. Вскоре в зал входит директор и садится в самом конце, словно выбирает позицию наблюдателя, который не хочет быть вовлечённым, но хочет знать всё.

Я достаю скрипку.

— Ты можешь сыграть своё наилучшее произведение, — говорит куратор. — Комиссия не требует сложного выбора.