Глава 6.
Прошли годы.
Я выросла, уехала учиться в университет. Жизнь вроде бы стала нормальной — настолько нормальной, что я сама иногда сомневалась, был ли тот ужас в подвале реальным или это был просто кошмар подросткового возраста. Папа стал спокойным, обычным, почти ласковым. Мама тоже, будто ничего никогда не было.
И память… память словно кто-то аккуратно отшлифовал.
Не до конца — остались шрамы, но не раны.
---
Возвращение в родной город
На каникулах я приехала домой, и в первый же день заметила — в городе появились новые парни. Молодые, но… странные.
У всех одинаково пустые, тяжёлые взгляды.
Одинаковые плавные движения.
Одинаковая холодность, как у папы тогда, когда он смотрел на детей.
И самое страшное — они смотрели на меня так, словно знали, что я знаю.
Я избегала их, но они были повсюду: возле магазина, у автобусной остановки, на старых тропинках, по которым я ходила ещё ребёнком.
---
Тревожный вечер
Однажды я зашла во двор — и замерла.
Возле нашего подвала стояли двое из тех новых парней. Они медленно переговаривались между собой, будто что-то обсуждали, а потом… открыли люк и начали спускаться внутрь.
Моё сердце едва не вылетело из груди.
— Не может быть… — прошептала я.
Подвал…
Тот самый подвал, где исчез мой братик.
Где лежали вещи пропавших детей.
Где холодильник был полон… того, что я никогда не забуду.
Я думала, что всё это осталось в прошлом.
Что, может, я вообще сошла с ума тогда.
Но когда я увидела, как они спускаются туда — те самые странные парни — страх вернулся мгновенно, как будто эти годы вовсе не проходили.
И тогда я увидела папу.
Он подошёл к ним из-за угла, будто уже был рядом всё это время.
Он поздоровался с ними.
Пожал им руки.
И вместе с ними спустился в подвал.
У меня ноги подкосились.
---
Мой самый страшный кошмар вернулся
Я поняла:
папа — не один.
Он никогда не был один.
Или стал частью чего-то. Чего-то многолюдного.
Чего-то, что растёт.
И если раньше пропадали дети…
То теперь их может пропасть в два, в три раза больше.
И никто не заметит.
Потому что никто не верит.
Не полиция.
Не мама.
Никто.
И самое страшное — я почувствовала, как один из тех “новых” повернул голову в мою сторону.
Словно услышал мои мысли.
Словно почувствовал мой страх.
Улыбнулся медленно.
Почти так же, как папа тогда — в центре.
---