Глава 1
Пролог
Январь выдался снежным. Лес дышал морозом, утыкался носом в покрывало голубых вод и пил их ледяную воду. Леса у Селигера засыпало так, что глаза болели от белого ослепляющего света.
Снег искрами стрелял в воспаленные болью глаза. Жгуты веревок в кровь стирали руки, от жажды хотелось стонать и снег... он был так близко и далеко. Дотянуться до него и жадно откусить, растопить во рту и глотнуть хотя бы немного. От мороза сводило жилы, мокрые пятна крови замерзали прямо на одежде, и тело знобило.
Сальвары шестого отряда из дома Селигера стояли привязанные к деревянным столбам языческого капища. Их капитан, Федор Аваров, был привязан к столбу, выступающему вперед из общего ряда, из-за чего не мог видеть свою команду. Сколько часов они так простояли, он не знал, и чтобы убедиться, что никто еще не умер от жажды или потери крови, считал про себя до тысячи и после каждый раз спрашивал:
– Костя?
Ему отвечали:
– Да живой я.
– Паша?
– Нормально, капитан.
– Вась?
– В порядке.
– Лёша?
– Тоже.
Федор снова начинал считать до тысячи. Странно, что их не убили сразу или до сих пор. Черная магия зимой вела себя осторожно, ведь ее черная плесень гнилым жаром топила снег, и ее было лучше видно. Но все равно ехидам удалось подкрасться незамеченными. Их было много... А отряд Федора был разведывательным, у него не было достаточно людей, чтобы вступать в бой с таким количеством ехид. Сальвары искали их, но оказалось, что это ехиды просто ждали к себе сальваров.
Федор рассматривал занесенную снегом поляну. Ее обступали могучие деревья, укрытые пушистыми шапками, скоро их корни должны были напиться крови. И ковер белого снега стал бы красным. Какой ритуал на этот раз задумали ехиды и чего ждали – непонятно. Связали сальваров крепко, а на руки надели кандалы из можжевельника, блокирующие призыв света. Федор подергал руками, но кандалы только больнее впились острыми концами в запястья: ехиды их не обрабатывали, специально оставляя засечки и втыкая иголки, чтобы было больнее.
– Как думаешь, капитан, – хрипло спросил Костя, его голос дрожал от холода, но он усмехнулся: – Делают из нас заморозки на зиму?
Все слабо рассмеялись, и Федор улыбнулся тоже. Задрал подбородок, посмотрев на блеклое зимнее солнце и, заставляя свой голос звучать твердо и даже весело, сказал:
– Думаю, пока они не разгребут свою морозилку, нас некуда класть.
– Я вот, когда с рыбалки приезжаю, – хрипло, но громко сказал Вася. – Женя меня убить готова, только бы морозилку рыбой не забивать.