11
Объятия Богданы подействовали на Гришу лучше любого энергетика или самого мощного бита. Когда он вышел под яркий свет софитов, в нём больше не было той тяжёлой ревности. Осталось только желание доказать — в первую очередь ей, — что этот «модельный мальчик» Влад и близко не стоит рядом с той энергией, которую Гриша выдаёт в кадре.
Съёмка прошла на одном дыхании. Фотограф только и успевал щёлкать затвором: Гриша двигался уверенно, дерзко, его взгляд был острым и притягательным. Каждый кадр транслировал тот самый успех, о котором он читал в своих треках.
Богдана наблюдала за ним из тени осветительных приборов. Она видела, как он ловит камеру, как поправляет цепи на шее, как едва заметно улыбается своим мыслям. И каждый раз, когда он случайно или намеренно бросал взгляд в её сторону, в её животе что-то сладко сжималось.
— Ну, Ляхов сегодня просто в огне, — прошептала Кристина, подойдя к Богдане. — Ты что с ним сделала? Полчаса назад он зашёл сюда чернее тучи, а сейчас... посмотри на этот вайб.
Богдана лишь молча пожала плечами, пряча улыбку.
— Просто поправила тон, Крис. Ничего особенного.
— Ага, «тон» она поправила, — хмыкнула менеджер. — Рассказывай это кому-нибудь другому.
*
Когда съёмочный день закончился и команда начала потихоньку расходиться, Богдана вернулась в гримёрку, чтобы собрать свой кейс. В лофте стало тише, только где-то вдалеке ещё слышались голоса техников.
Она методично очищала кисти, когда за спиной хлопнула дверь. Богдана не обернулась — по тяжёлым шагам и запаху знакомого парфюма она знала, кто это.
Гриша подошёл вплотную, но не сел в кресло. Он остановился сзади, глядя на её отражение в зеркале.
— Знаешь, — тихо начал он, — тот парень, Влад... Он весь такой правильный. Идеальные зубы, идеальная причёска. Наверняка слушает только то, что одобряют критики.
Богдана замерла, держа в руках пушистую кисть для пудры. Она медленно повернулась к нему.
— Гриш, ты всё ещё об этом?
— Нет, — он покачал головой, и на его губах появилась та самая мягкая, обезоруживающая улыбка. — Я просто хотел сказать... спасибо. За то, что не дала мне превратиться в того самого «токсика», про которого я пою. За те объятия. Это было... — он замолчал, подбирая слово, — это было важнее, чем весь этот хайп вокруг.
Богдана положила кисть на стол и сделала шаг к нему. Сейчас, без камер и толпы, Гриша выглядел просто уставшим парнем, которому нужно было знать, что он на своём месте.
— Ты ревновал, Ляхов? — прямо спросила она, приподняв бровь. — Только честно. Без пафоса.