12

На следующий день после поцелуя в гримёрке Москва казалась Грише другой. Гул машин напоминал лоу-фай биты, а холодный воздух больше не раздражал. Но была одна проблема: они с Богданой так и не поговорили. После того момента они просто разошлись по домам, обменявшись короткими «до завтра», словно ничего не произошло. Страх испортить то хрупкое равновесие, которое между ними установилось, сковал обоих.

Гриша приехал на студию раньше обычного. Там уже сидел Тёма Майот, лениво ковыряя новый проект в секвенсоре.

— О, лицо знакомое, — Тёма поднял кулак для приветствия. — Чё такой пришибленный?

Гриша тяжело вздохнул, сел в кресло и откинул голову.
— Тём, я её поцеловал вчера.

Майот замер. Он медленно повернулся к Грише, и на его лице расплылась широкая ухмылка. Он протянул руку и крепко пожал ладонь Ляхова.
— Красава, Гришаня! Наконец-то. Ну и как? Вы теперь официально вместе?

Гриша замялся, отводя взгляд на мониторы.
— Да мы... мы не говорили об этом. Просто разошлись. Мы не встречаемся, Тём. Типа, статус непонятный.

Тёма тут же резко вырвал свою руку из ладони Гриши и с каменным лицом вытер её о штаны.
— Так, забираю свои слова назад. Ты не красава. Ты — лох, Гриш. Поцеловать такую девчонку и оставить всё на непонятном статусе? Ты чё, реально инвалид в этих делах?

— Да сложно всё! — вспыхнул Гриша. — Она не такая, как те, кто на шею вешаются. Я боюсь надавить.

Их спор прервал шум в коридоре. В студию влетел Андрей Токсис, как всегда на бешеной энергии.
—Парни готовы делать грязь? Гриш, я накидал припев для «Сигнала», это будет пушка!

Гриша сразу переключился. О Богдане он Андрею рассказывать не стал — слишком личное. Они закрылись в кабинке и начали работать.

Андрей записывал свой припев, его высокий голос идеально ложился в атмосферу трека про потерю связи и чувства в Москве.
«Теряю сигнал с тобой навсегда я... Мы с тобой влюбились в Москве, не чувствовал ничего сильнее...»

Когда очередь дошла до куплета Гриши, он встал перед микрофоном, и слова полились сами собой. Он не писал их заранее — это был поток сознания. Он думал о том, как Богдана злится, как она закатывает глаза, как она лечила его льдом и как она... полюбила именно его. Не рэпера с миллионами, а парня, который приносит острый гуляш в отель.

Гриша читал, и в голосе звучала несвойственная ему хриплая нежность:
«...Хочешь, приеду прям щас? Будем сидеть и в тачке молчать. Почему в архиве наш чат? Бэйби, я просто пытаюсь быть счастлив...»

Тёма за стеклом одобрительно кивнул.