8

Пока Гриша, Тёма и остальные парни из «Рандома» собрались в студийной кабинке, готовясь записывать новые демки, Богдана устроилась на диване рядом с Ирой. Инстрина, как оказалось, была не только самым ахуенным хореографом, но и одной из главных PR-менеджеров OG Buda(знаю, что не правда, но мой фф, делаю что 😜), а также душой всей команды. С ней было легко и приятно общаться.

— Честно говоря, когда Гриша сказал, что он пригласил тебя на постоянку, я сначала подумала, что он опять решил кого-то вывести из себя, — улыбнулась Ира, делая глоток кофе из бумажного стаканчика. — Он обычно не очень ладит с людьми, которые не признают его гений. А уж тем более с теми, кто не любит рэп.

Богдана рассмеялась.
— Он сам попросил меня быть его критиком. Я просто честно выполняю свои обязательства. Тем более, что его музыка… ну, вы знаете.

— На вкус и цвет, — пожала плечами Ира. — Но вот по поводу его характера… он на самом деле очень хороший парень. Просто немного... пафосный. И очень одинокий.

Богдана удивлённо подняла бровь. Она никогда не ассоциировала Гришу с одиночеством. Наоборот, он всегда был окружён толпой, шумом, вниманием.

— Одинокий? У него же целая армия фанатов и вот такая вот «семья», — Богдана кивнула в сторону кабинки, откуда уже доносились первые биты.

— Армия фанатов — это одно, — Ира улыбнулась. — А семья… мы да. Но он ведь не показывает себя настоящего никому. Кроме, может быть, Тёмы. Он постоянно держит эту свою «корону». Как будто боится, что без неё он окажется… ну, не таким крутым.

В этот момент из кабинки послышался голос Гриши.
«Беспонтово им, наверно, но нам этого не понять…»

Богдана невольно прислушалась. В этих словах, под всей этой агрессивной подачей, действительно читалась какая-то отстранённость, почти меланхолия.

— А ты, кстати, почему такая колючая с ним? — вдруг спросила Ира, внимательно глядя на Богдану. — Он ведь с тобой как котёнок. Только и ждёт, когда ты погладишь.

Богдана смутилась.
— Он… он просто раздражает меня своей самоуверенностью. И тем, что постоянно пытается вывести из себя.

— Или тем, что он первый, кто смог тебя вывести из себя? — хитро прищурилась Ира.

Богдана ничего не ответила, лишь слегка отвернулась, чувствуя, как предательски горят щёки. Она прекрасно знала, что Ира права. Гриша был единственным человеком, который пробивался сквозь её профессиональную броню, заставлял её смеяться, злиться, закатывать глаза – и всё это с такой лёгкостью.

*