Глава 4. Канат над пропастью

«Чувак, ты на булыжнике, летящем через космос»

Надпись маркером на стенке автобусной остановки

Томми хромал, уставившись себе под ноги, и старательно обходя оставшиеся после недавнего дождя пронзительно-синие лужи. Он не боялся промочить кеды – они привыкли бороздить самые разные моря, как древние контейнеровозы, ржавые, обшарпанные, но испытанные штормами и все еще надежные. Нет, от луж могли запачкаться или протечь туфельки шагающей рядом девочки. Изящные белые яхты, стремительно рассекающие асфальтовые волны борт о борт с контейнеровозами. Даже сейчас, после обморока, Светлана ставила узкие ступни так, будто шла по канату над не видимой никому пропастью.

Хотя какая пропасть могла поджидать девочку-мажорку из успешного района просторных вилл, садов с аккуратными лужайками и гаражей на две машины? Это у него, Томми, каждый день – как пляска на канате: сорвешься или переползешь на ту сторону?

Вот вчера вечером он чуть не сорвался. Пришел домой поздно – не мог не поснимать тушение пожара. А чо? Горел-то сарай для крупного мусора на соседней улице. И аппаратура под рукой. Грех упустить такие кадры. Пламя вообще классно получилось: и статично, и в движении. Огонь в темноте – это давний Томми интерес. Но разве отцу объяснишь? Даже пытаться не стоило.

Короче, батянька наорал. А Ханна потом еще добавила за порванные штаны и за то, что квартиру дымом провонял. Прямо концерт для скрипки с оркестром получился: отец по мозгам ударными, а мачеха нервы смычком пилит. Причем на диске один и тот же трек: урод-дебил, по ночам шляешься, уроки не делаешь, сторчишься или в колонии кончишь. А что самое обидное: Кеннет вон вообще после полуночи приперся, и дымовухой от него несло, как от ведьмы с Санкт-Ханса. Но этот козел преспокойненько выжрал пол-холодильника и дрыхнуть завалился, никто и слова не сказал. А Томми с утра пришлось для школы бутерброды с таком лепить – колбасы не осталось.

- Вон мой дом, - Светлана указала на виллу из белого кирпича, к которой прилегал большой сад, окруженный такой же белокаменной стеной.

Томми споткнулся на ровном месте. Девчачья сумка, которую он благородно тащил вместе со своей, соскользнула с плеча. Блин, неужели уже почти пришли? А про главное-то он так и не спросил! Все думал, с какого боку подъехать.

- Я это... тебя до дверей доведу, чтоб уж верняк, - он перехватил ремень поудобнее. Чего эта ботанка напихала в свою торбу? Энциклопедию в двадцати томах?