Глава 14. Глубже, чем кажется

Саймон ждал её на углу улицы возле старого кафе, где они раньше встречались между делами. Сегодня Линн опаздывала. Не потому что торопилась меньше обычного — потому что сомневалась.

Она должна была поговорить с ним. Поделиться. Или, по крайней мере, проверить, на чьей он стороне.

Саймон встретил её привычной полуулыбкой. Он выглядел уставшим — тёмные круги под глазами, ворот рубашки небрежно сбит. Он много курил в последнее время — пепельный запах пропитал его пальто.

— У тебя всё хорошо? — спросил он.

— Смотря в каком смысле, — Линн уселась напротив, достала из сумки сложенный лист. — Мне нужно, чтобы ты взглянул на это.

Она раскрыла перед ним газетную вырезку. Потом — дневник Рей. Потом — копию фотографии с флажковым шифром и запись с «Терцией».

Саймон молчал. Листал.
Глаза его двигались по тексту, но взгляд не фокусировался. Он будто читал по памяти. А потом остановился. На имени Чворы. Его пальцы чуть сжались, едва заметно.

— Ты ведь знаешь, кто это был, правда? — Линн всмотрелась в его лицо. — Он работал в той клинике. Он был в лагере. Как и мы. Он умер.

Саймон отвёл взгляд.

— Линн... ты копаешь слишком глубоко. Всё это — это не наше дело. Это старое.

— Старое? Он убит три недели назад. Другой — Эмиль — тоже. Ты сам видел, в каком состоянии нашли его тело. И...

— Мы не следователи, Линн, — перебил он. Слишком резко.

— А ты не хочешь знать, что случилось? Что произошло там, в лазарете лагеря? — она сделала шаг ближе. — Или ты уже знаешь?

Саймон на мгновение замер. Как будто в голове его прокручивалась внутренняя лента. Он медленно произнёс:

— Там ничего не было. Лазарет был закрыт. Просто место для изоляции. Простуда. Травмы. Никто... ничего.

Его голос стал плоским, выученным. Словно цитировал инструкцию.

Линн почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Кто тебе это сказал?

Он посмотрел на неё, глаза внезапно наполнились непониманием. Или страхом.

— Я... не знаю. Просто... знаю.

Она откинулась на спинку стула.
Сомнения улеглись. Теперь это было уверенное беспокойство.
Саймон знает что-то. Или его заставили забыть.

— Я пойду в клинику, — сказала она твёрдо. — Завтра. Есть подлестничное помещение, которое сгорело двадцать пять лет назад. Я хочу знать, что там прятали.

Саймон отвёл взгляд.

— Не надо туда ходить.

— Почему?

Он снова молчал. Затем тихо сказал:

— Потому что не все, кто входил туда... выходили теми же.
•