Глава 17 Разорванные узы

Он жил на окраине — в районе, где даже птицы будто облетали дома стороной. Линн стояла перед его дверью, сомневаясь, стоит ли стучать. Координаты, скрытые в последнем узоре из нитей, привели её именно сюда — к Вальтеру Ландеру. Имя, когда-то мелькнувшее в документах клиники. Имя, стёртое из всех архивов, как и Ноа.

Дверь открыл человек, который когда-то был частью эксперимента. Сейчас же он больше напоминал призрака. Бледный, с пустыми глазами и выцветшими рубашечными рукавами, которые скрывали следы от уколов.

— Вальтер? — тихо спросила она.

Он долго смотрел на неё, прежде чем впустить.
Внутри царила тишина. Не было ни запаха еды, ни следов жизни — только пыль, книги и старый проигрыватель, который всё ещё шипел пустой пластинкой.

— Ты была в лагере? — спросил он вдруг. — Ты — одна из них?

— Да. Я была там. И я знаю о клинике. О вас. О нём.

Он сел на край дивана, сложив руки на коленях.

— Ноа. Я помню его. Тогда он умер. Или, по крайней мере, должен был. Мы все думали...

— Его перевели. И ты тоже был частью этого. Почему?

Он опустил голову.
— Потому что тогда у меня не было выбора. Потому что я был просто ребёнком. Потому что взрослые решили, что мы — просто материал. Я слышал, как они это говорили. "Пластичность мозга. Порог боли. Готовность к подавлению." Мы были экспериментом. Он — самый удачный. Я — неудача.

— Почему ты решил исчезнуть? — спросила она мягко.

— Потому что жить — это значит помнить. А я... не хотел помнить. Но теперь — всё вернулось. Я снова слышу его голос.

Линн молчала. Этот человек был почти как Ноа — но выбрал не месть, а бегство.

Она уже собиралась уходить, когда он вдруг встал и протянул ей маленькую деревянную коробку.

— Тут то, что я сохранил. Я не знаю, что это. Но мне кажется, ты должна это увидеть.

Линн взяла коробку. Внутри — лист с координатами, нитка, завязанная в необычный узел, и старая газетная вырезка. Статья от 2000 года: «Подземный этаж старой клиники — реконструкция или закрытие?» Фото было расплывчатым, но Линн узнала это место.

— Спасибо, — сказала она.

Он не ответил. Просто снова сел на диван и закрыл глаза. Она вышла — и на секунду обернулась. Он сидел точно так же, как и прежде.

⸻

На другом конце города Хан уже работал на месте нового преступления.

Жертва — мужчина лет сорока. Убит выстрелом в висок, тело аккуратно положено на бетонную плиту в старом гараже. На пальце — красная нить.

Хан огляделся и тихо сказал:
— Это снова он. Он предупреждает. Но теперь — не просто так. Это уже похоже на ритуал.

Он набрал номер Линн.