Глава 11: Внутри его сети
Дом Ким Намджуна встретил их оглушительной, почти стерильной тишиной. Он находился в респектабельном районе, спал под покровом высоких деревьев и казался Чимину слишком огромным, слишком правильным и холодным. Настоящая крепость перфекциониста. Здесь не было разбросанных вещей, не пахло домашней едой — только дорогой древесный парфюм и прохлада кондиционеров. Отец Намджуна уехал на три дня, оставив старосту полновластным хозяином этого безмолвного замка.
— Проходи, — Намджун запер за ними массивную дверь и устало скинул пальто. — Разувайся. Твои кеды... ладно, забудь, я сам потом уберу грязь. Иди в ванную, умойся. Ты выглядишь так, будто сбежал из бойцовской ямы.
Чимин цинично ухмыльнулся, хотя внутри всё еще вибрировало от адреналина после драки.
— А я и сбежал, староста. Ты разве не заметил?
В ванной Чимин долго разглядывал себя в зеркале. Капюшон сбит, на щеке царапина, а правая ладонь, где красовался свежий ожог, теперь была покрыта еще и свежими ссадинами. Костяшки припухли и кровоточили. Демон внутри него, который только что требовал чужой крови, наконец-то насытился и затих, оставив после себя лишь глухую, выматывающую усталость.
Когда он вышел, Намджун уже ждал его на кухне. На кухонном острове горела лишь одна лампа, выхватывая из темноты аптечку и разложенные ноутбуки.
Намджун сменил школьную форму на простую черную футболку, которая обтягивала его широкие плечи, и свободные домашние брюки. Без своего вечного строгого пиджака он выглядел иначе — крупнее, опаснее и... ближе.
— Садись, — коротко скомандовал Намджун, кивнув на высокий стул.
Чимин подчинился. Намджун сел напротив, мягко, но уверенно перехватил его раненую руку за запястье и потянул к себе. Чимин дернулся было назад, подчиняясь инстинкту, но староста сжал пальцы сильнее.
— Не вертись, Пак. Будет щипать.
Чимин зашипел, когда холодный антисептик коснулся разбитой кожи. Но больше, чем от лекарства, его бросало в дрожь от близости Намджуна. Тот действовал на удивление бережно. Его огромные, теплые ладони аккуратно придерживали руку Чимина, а низкий, бархатный баритон, которым он что-то негромко ворчал себе под нос, вибрировал где-то в груди Чимина, заставляя внутренности сладко сжиматься. Чимин привык, что от него всегда чего-то хотят — сталкер, гопники, учителя. Но сейчас Намджун просто обрабатывал его раны, не требуя ничего взамен.