Глава 15: Между молотом и наковальней
Тишина в квартире Ким Тэхёна была уютной, домашней и совершенно обманчивой.
Солнечный луч пробился сквозь неплотно задернутые шторы, скользнул по плакату с героями аниме на стене и замер на лице Тэхёна. Тот сладко потянулся, обнимая подушку, и нехотя открыл глаза. Утро.
Обычное, скучное школьное утро.
Тэхён сел в кровати, потирая затылок. Странно, но этой ночью ему снились кошмары — что-то тяжелое, железное, со свистом рассекающее воздух над его головой. Но сейчас, в залитой светом комнате, это казалось лишь игрой воображения.
Он потянулся к телефону на прикроватной тумбочке. Ни одного сообщения от Чимина. Это было странно. Чимин обычно заваливал его мемами или дурацкими аудиосообщениями с самого утра.
— Эй, Чимини-а, ты жив там? — Тэхён набрал быстрое сообщение, зевнул и спустил ноги с кровати.
Его взгляд упал на пол возле кровать. Там, в тени, лежал небольшой, тускло поблескивающий предмет. Тэхён нагнулся и поднял его. Это была небольшая, ржавая гайка.
«Откуда она здесь? — лениво подумал Тэхён, крутя железяку в пальцах. — Наверное, отвалилась от чего-то старого. Надо будет прибраться».
Он отбросил гайку в угол и пошел в ванную, насвистывая незатейливую мелодию. Ким Тэхён даже не подозревал, что эта ржавая гайка была частью той самой арматуры, которую всего несколько часов назад маньяк держал над его спящей головой, выбирая, кого «сломать» первым.
В это же самое время, на другом конце города, к массивным воротам центральной школы приближалась фигура, заставившая прохожих оборачиваться.
Пак Чимин шел быстрыми, резкими шагами. На нем была безразмерная черная худи, капюшон которой был опущен, открывая всему миру его новую внешность. Короткие, рваные, жесткие волосы цвета воронова крыла. Темные пряди падали на глаза, делая взгляд Чимина пугающе глубоким и злым. Черный цвет подчеркнул острые скулы и бледность кожи. В нем больше не было подростковой мягкости — только чистая, концентрированная маскулинность и готовность к действию.
У входа в школу, как обычно, ошивалась компания Чонгука. Увидев приближающегося Чимина, они по привычке заржали, готовясь к очередной порции унижений для «пепельного красавчика».
Но когда Чимин поравнялся с ними, смех застрял у них в горле.
Чимин не опустил голову. Он не попытался обойти их стороной. Он шел прямо на них, глядя сквозь Чонгука ледяным, мертвым взглядом. Черные волосы, жесткий излом бровей и сбитые в кровь костяшки правой руки, сжатой в кулак, создавали вокруг него ауру опасности, от которой веяло настоящим трешем.