Глава 16
В командном центре «Ядра» воцарилась тишина, которую прерывал лишь ритмичный гул охлаждающих систем. Но это была тишина перед бурей. Тим стоял перед главным экраном, его пальцы быстро мелькали над сенсорами, пытаясь отследить источник утечки.
— Моника, покажи мне записи совещания совета директоров Nexus Core за последние сорок восемь часов, — голос Тима был тихим, но в нем слышался звон стали.
— Анализирую биометрию и зашифрованные каналы, — отозвалась Моника. Её глаза превратились в два светящихся синих диска, пока она пропускала через себя терабайты данных. — Обнаружена аномалия. Сектор «Европа-1». Советник Виктор Касс.
На экране появилось лицо человека, которого Тим считал своим самым надежным союзником в политических кругах. Касс был тем, кто лоббировал интересы Nexus в Женеве, обеспечивая «правовую дымовую завесу».
— Вот он, — Моника увеличила изображение. — За три часа до нападения на больницу Касс активировал скрытый передатчик в своих часах. Он передал «Авангарду» не только наши координаты, но и частотные характеристики твоего личного нейронного интерфейса, Тим.
Тим на мгновение закрыл глаза. Предательство Касса означало, что враг теперь знает, как резонировать с его силой, чтобы подавить её.
— Почему? — Елена подошла к ним, глядя на изображение советника. — Тим дал ему всё: деньги, власть, здоровье. Зачем ему предавать того, кто делает его богом?
— Люди боятся богов больше, чем болезней, Елена, — Тим повернулся к ней. — Касс понял, что в мире «Генезиса» он будет лишь одним из миллиардов здоровых людей. А «Авангард» пообещал ему исключительность. Власть над теми, кто будет получать код исцеления.
В этот момент база содрогнулась от мощного удара. Но это не был физический взрыв. Все голограммы в зале внезапно подернулись рябью и окрасились в ядовито-красный цвет. Из динамиков раздался скрежещущий смех, который постепенно перешел в голос Касса:
— «Тим... ты всегда был слишком самонадеян. Ты думал, что сможешь контролировать саму жизнь, не спросив разрешения у тех, кто владеет этим миром. „Ядро“ больше не твоя крепость. Я передал „Авангарду“ коды дестабилизации твоего Кристалла. Либо ты сдашься, либо эта гора станет твоим саркофагом».
— Он взломал внешний протокол Кристалла? — Елена побледнела.
— Нет, — Моника уже вводила контр-коды. — Он активировал «закладку», которую мы пропустили при монтаже орбитальных линз. Он перегружает систему охлаждения Кристалла извне, используя наши же спутники.
Тим почувствовал, как внутри него что-то оборвалось. Кристалл Генезиса, пульсирующий глубоко внизу, начал входить в резонанс с его собственным телом. Это была невыносимая боль — словно каждую клетку его организма начали растягивать в разные стороны.
— Моника... протокол «Черный лебедь», — прохрипел Тим, опираясь на стол. — Отключай внешнюю связь. Полная изоляция. Если Кристалл пойдет вразнос, мы должны сдержать взрыв внутри горы.
— Если я это сделаю, мы не сможем управлять защитными дронами снаружи! — возразила Моника, и в её голосе впервые прозвучало нечто, похожее на страх за создателя.
— Делай! — рявкнул Тим.
Моника ударила по консоли. Свет в базе погас, сменившись тусклым аварийным освещением. Связь с внешним миром оборвалась. Теперь они были заперты внутри горы вместе с нестабильным источником колоссальной энергии, а снаружи к ним приближалась армия «Черных вдов», знающая все их слабые места.
Тим упал на одно колено, вокруг него начали хаотично вспыхивать черные молнии. Он терял контроль над материей собственного тела.
— Елена... уходи в безопасную зону... — выдавил он.
Но Елена не ушла. Она опустилась рядом с ним и обхватила его лицо ладонями.
— Мы в этом вместе, Тим. Ты сам сказал: я — часть кода. Значит, я помогу тебе его стабилизировать.
Моника встала над ними, её руки трансформировались в боевые орудия, готовые встретить любого, кто прорвется сквозь запертые шлюзы. Предательство было совершено, штаб был обезглавлен, но в этой тьме зародилось нечто, что Касс и «Авангард» не могли просчитать — человеческая воля, слитая с мощью машины.