Глава 18
Белая вспышка отступила, оставив после себя оглушительную тишину и запах озона, столь густой, что он обжигал легкие. Тим медленно опустился на искореженный пол, его кожа была покрыта сетью светящихся трещин. Взрыв энергии выжег нападавших, но он же нанес критический удар по системам жизнеобеспечения «Ядра».
— Моника... статус, — прохрипел Тим.
Моника стояла среди груды дымящегося металлолома, который когда-то был элитным отрядом киборгов. Её броня была иссечена глубокими бороздами, один из дополнительных манипуляторов был оторван, обнажая переплетение светящихся оптоволоконных нервов.
— Внешние силы «Авангарда» дезориентированы, но это ненадолго, — её голос модулировал, выдавая системные сбои. — Однако, Тим... твой выброс активировал протокол «Скрытая гавань». Наши клиники по всему миру вышли из режима маскировки.
Елена, вытирая кровь с пореза на лбу, резко обернулась.
— Скрытые клиники? Ты говорил только о «Генезисе» как о будущем проекте.
Тим тяжело оперся на плечо Елены.
— «Генезис» — это финал, Елена. Но я не мог просто ждать. По всему миру — в подвалах мегаполисов, в заброшенных шахтах, в нейтральных водах — я создал сеть центров. Там мои нано-боты уже лечат тех, от кого отказалась официальная медицина. Тех, у кого нет денег на страховку или связей в правительстве.
— Касс знал о них? — спросила Елена.
— Нет, — отрезала Моника. — О них знала только я. Это была моя теневая сеть. Но сейчас, из-за энергетического шторма, их защитные поля мерцают. «Авангард» видит их. Они собираются ударить по самым слабым, чтобы выманить тебя, Тим.
На уцелевшем экране начали всплывать координаты: трущобы Мумбаи, окраины Рио, секретный блок в Подмосковье. Маленькие точки жизни в океане боли, которые Тим оберегал годами.
— Они не посмеют... это же просто больницы! — воскликнула Елена.
— Для них это лаборатории с подопытными образцами, — Тим выпрямился, превозмогая слабость. — Моника, активируй «Танец теней». Ты должна отправиться к ближайшему узлу. Я не могу оставить Кристалл, пока он нестабилен.
Моника посмотрела на Тима. В этом взгляде было больше преданности, чем может вместить любая программа.
— Мой приоритет — твоя защита, Тим.
— Твой приоритет — мой замысел, — жестко ответил он. — Если они уничтожат клиники, «Генезис» потеряет смысл. Иди. Покажи им, почему тебя называют Тенью Архитектора.
Моника коротко кивнула. Её тело начало мерцать, подстраиваясь под частоту окружающей среды. Она подошла к телепортационной платформе, которая питалась напрямую от Кристалла.
— Елена, — Моника на секунду замерла. — Присмотри за ним. Его код сейчас очень хрупок.
Через мгновение она исчезла в вихре черных частиц.
Тим и Елена остались вдвоем в разрушенном зале. Глубоко под ними Кристалл Генезиса продолжал вибрировать, но теперь это был звук раненого зверя.
— Мне нужно войти в прямой интерфейс с ядром, — Тим посмотрел на глубокую шахту в центре зала. — Я должен слить свое сознание с Кристаллом, чтобы восстановить его структуру. Но пока я буду там, я буду полностью беззащитен перед внешним миром.
Елена взяла его за руку. Её пальцы больше не дрожали.
— Я буду твоими глазами и твоими руками. У нас есть автоматические турели и твой излучатель. Я хирург, Тим. Я умею сохранять спокойствие, когда вокруг всё в крови.
Тим коснулся её щеки.
— Если гора начнет рушиться... беги к шлюзу «Омега». Там ждет «Гольфстрим» на автопилоте.
— Замолчи, — она приложила палец к его губам. — Делай то, что должен. А я сделаю так, чтобы тебе было куда возвращаться.
Тим шагнул в бездну шахты, поддерживаемый остатками гравитационного поля. Елена осталась одна в командном центре. Она смотрела на мониторы: в тысячах километров отсюда Моника уже вступала в бой у входа в одну из скрытых клиник, превращаясь в смертоносную тень. А здесь, в Альпах, к горе приближалась вторая волна «Черных вдов».
Елена перехватила поудобнее рукоять излучателя и активировала систему внешнего наблюдения. Битва за клиники началась, и она была полна решимости стать последним рубежом обороны этого безумного, но прекрасного мира.