Глава 1
Глава I
«Когда в мир безупречных хищников, застывший в ледяном покое, врывается чужая магия, пахнущая озоном и надвигающейся грозой, правила игры сгорают дотла. Так начинается история, где гордость станет главным вызовом, а одержимость — необратимым приговором»
Адриана
Дождь в Эвермуре никогда не приносил свежести. Он пах озоном, старой кожей и едва уловимым, горьковатым привкусом жженой полыни — вечным напоминанием о том, что наш город построен на костях древнего культа. Здесь, среди готических шпилей, зажатых между суровыми скалами и вечно серым, беспокойным морем, солнце казалось мифом. Жители Эвермура привыкли ходить, опустив головы, прячась под тяжёлыми зонтами от вечной измороси, словно боясь, что небо увидит их грязные мысли.
Я застегнула пуговицы своего тяжелого шерстяного пальто до самого подбородка и посмотрела в зеркало, висевшее в прихожей. На меня глядело бледное лицо с резкими, почти хищными чертами, которые я унаследовала от отца, и темные, глубокие глаза, в которых сейчас отражалась лишь бесконечная усталость. Адриана Дель Вико. Имя, которое в определенных кругах звучало как приговор, а здесь, на окраине обитаемого мира, не значило абсолютно ничего. По крайней мере, мне хотелось в это верить.
Сегодня был последний день моей относительной свободы. Последнее утро, когда я могла проснуться в своей постели, выпить отвратительный, пережжённый кофе из старой турки и не думать о том, что ждет меня за коваными воротами Академии Блэквуд.
— Адри, если ты сейчас же не откроешь дверь, я разнесу твое крыльцо по кирпичикам, и мне плевать на твою хвалёную родовую магию! — Громкий, требовательный стук в дверь заставил стекло в раме жалобно задребезжать.
Я невольно улыбнулась. Это была Эбигейл. Моя единственная подруга в этом Богом забытом городе, чистокровная нимфа, которая парадоксальным образом умудрялась сочетать в себе нежную, почти прозрачную красоту природы и характер портового грузчика.
Я повернула тяжелый бронзовый ключ, и Эби буквально ввалилась в коридор, принеся с собой шлейф из сырости, аромата цветущего жасмина и дорогого парфюма. Ее длинные, золотисто-зелёные волосы были собраны в небрежный узел, с которого капала вода, а в руках она сжимала два огромных бумажных стакана.
— Боги, ну и погода. Земля сегодня буквально плачет, я чувствую это каждой клеточкой, — запричитала она, протягивая мне один из стаканов. — Держи. Тройной эспрессо. Без сахара, без сиропа, черный, как твоя душа. Все, как ты любишь.