Глава 20.

16 сентября 2025 года

Когда Шрам положил трубку и перевёл взгляд на Василису, он моментально застыл, словно поражённый внезапной вспышкой озарения. Лишь сейчас он в полной мере осознал: отстранённость, с которой она вела разговор несколько минут назад, дала сбой — пустота треснула, обнажив затаённое волнение. И главное — она прекрасно расслышала его слова: «Если это действительно Саша...»

— Что это значит?.. — сипло произнесла Василиса, так сильно вцепившись в чашку, что побелели костяшки пальцев. Её голос дрогнул, выдавая бурю эмоций, которую она тщетно пыталась сдержать.

Виталя невольно сглотнул и сделал глубокий вдох, не отводя взгляда от её лица. В воздухе повисло тяжёлое напряжение — каждый миг казался вечностью, а тишина давила, словно свинцовая плита.

— Вениамин Сергеевич ничего не должен знать, пока мы не убедимся наверняка, — озвучил он решение, принятое за долю секунды. Слова прозвучали твёрдо, но в глубине глаз читалась борьба между долгом и отчаянным желанием действовать немедленно.

Шрам бы с радостью рванул к шефу прямо сейчас — ворваться в кабинет с криками «Джокер жив!» казалось самым естественным поступком на свете. Он представил, как утаскивает Вениамина в Москву первым же рейсом, как они добираются до Саши, как возвращают его обратно в Питер — к привычной жизни, к друзьям, к тому миру, который он когда‑то покинул. Но реальность безжалостно обрушила эти мечты на землю: он не мог сделать ничего из этого, пока на руках нет неопровержимых доказательств того, что на фото действительно их Саша. Ни единого шага — пока не будет стопроцентной уверенности.

В мыслях возникла абсурдная, но в то же время вполне объяснимая увиденным идея: а что, если Джокер проходит по программе защиты свидетелей? По какому‑то делу, о котором никто из них даже не подозревает? Мысль развернулась в сознании Шрама, словно карта с тайными маршрутами, — неожиданно, но с пугающей логикой. Потому и общался с полицией, пока все близкие несли траур. Эта мысль на мгновение показалась спасительной — словно ключ, который мог отпереть замок, скрывавший правду. Логичное объяснение пропажи, мнимой смерти, всех этих странных обстоятельств, терзавших душу последние недели.

«Может, Ворон в курсе? — пронеслось в сознании Шрама, и сердце на миг сжалось от этой догадки. — И разыграл все эти похороны специально, чтобы до Сани не добрались? Придумал эту смерть, спрятал его, обезопасил — ради его же блага?»