Мадс. Синигами - акт второй
Иногда я думаю, что встреча со стариной Стэном — лучшее, что случилось со мной в жизни. Когда я начал на него работать, мое кровожадное начало уступило место умиротворению и невиданному ранее покою. Я словно забыл о том, что руки мои уже по локоть в крови.
Хочу внести ясность: если вам могло показаться, что лесную компанию я порубил из праведного гнева, то вы ошибаетесь. Да, сначала я был зол, но стоило топору с треском и мерзким хлюпаньем войти в череп той жирной свинье, как глубокое наслаждение заструилось по венам. Адреналин, экстаз, своеобразный «трип» — да называйте, как хотите, но такой яркий восторг я могу сравнить разве что только со вспышкой фейерверка в непроглядной тьме.
Со Стэном же все было иначе. Я больше не жил всплесками — внутри расползлась спокойная заводь, и я перестал замечать ход времени. Убийства фиксировали момент, ювелирное дело — растягивало минуты в часы, а часы в месяцы, как свежий плавленный сыр с пиццы. Жажда на долгое время заснула — причем так, что я совершенно о ней не вспоминал.
— Мадс, дружище! В паре кварталов стоит сувенирная лавка моего доброго приятеля. Тебе вроде по пути, так? Сделай одолжение, если не в напряг, занеси ему кольца.
— Да не вопрос.
— Выручил! Его зовут Сатоши Хиругава. Язык сломаешь, знаю, знаю! Можешь записать на бумажке.
— Нет нужды, — пожал я тогда плечами. Спасибо Джеффу — не подсади он меня на японское творчество, и правда пришлось бы записывать.
Я проходил мимо той лавки довольно часто, но никак не думал туда заходить, хоть стенды с жуткими самобытными масками очень цепляли взгляд. Мне нравились вещи ручной работы — в них было что-то вроде... души?
Стоило мне переступить порог лавки, как над головой раздался звон колокольчика. Я почти ослеп от того, что предстало перед глазами — снаружи на стендах, как оказалось, не стояло и десятой части всех сокровищ. Причудливые маски, искусно выточенные деревянные фигурки, сверкающие на искусственном свету клинки и разрисованная посуда. Если бы портал в Такамагахару и существовал, то он точно был на пороге лавки Сатоши.
— Господин Хиругава?
Из-за прилавка показалось лицо старика. Первое, что бросилось в глаза — выцветшая татуировка дракона на лысой голове. Морда рептилии была у самого лба, а туловище тянулось за череп; скорее всего, по шее, а хвост заканчивался где-нибудь у лопаток. Я не был уверен — просто картинка в мгновение встала перед глазами.