Мадс. Исповедь
Утро встретило меня сообщением от Вайолет. Даже не знаю, зачем вообще потянулся к телефону, едва открыв глаза. Я часто забываю его дома, редко заряжаю, а ещё реже вспоминаю, что он у меня есть. Вайолет давно привыкла к этому. Говорит, наш чат — это её личный дневник: пишет туда всё подряд — списки покупок, обрывки мыслей, диалоги своих героев. Ещё она называет меня древним, но я предпочитаю слово «старомодный». А лучше — «винтажный».
Вайолет достаточно того, что я хоть иногда читаю. Иногда я и правда читаю.
Я не люблю начинать утро с этого ритуала — судорожно вцепляться в прямоугольный кусок пластика, созданный для зомбирования. Мир окончательно сошёл с ума по смартфонам: каждый второй не может прожить и дня без этих вспышек, уведомлений и бесконечных лент. Люди деградируют — одна зависимость сменяет другую, только форма разная, а суть та же. Однако, замечу, кокаиновая зависимость хотя бы лечится.
Хотя, кажется, я уже успел вам пожаловаться на этот счёт. Но от вас не убудет, если послушаете ещё раз!
Сегодня же что-то, похожее на предчувствие, заставило меня заглянуть в телефон. И оно не ошиблось.
Сообщение Вайолет тревожило меня.
Всего четыре слова — и ничего больше:
«Нам нужно поговорить. Сегодня.»
Любит она жути нагонять. А мне теперь волноваться до самого вечера.
Лилит, как всегда, спала на самом краю кровати. Она медленно поднялась, потянулась — грациозно, как пантера. Моя милая девочка. Несмотря на свой несносный характер, всё равно всегда ждёт моего пробуждения, а не провоцирует его.
Я же встал и потянулся с грацией ходячего мертвеца, только что выбравшегося из гроба. И я сейчас не только о хрусте, но и о звуках, с которыми, по идее, мертвецы выбираются из могил. Как в той игре Plants vs. Zombies — ну, один в один!
Довелось сыграть как-то разок со старым другом.
Затем — хрустнула спина, шея и ещё что-то. Я не особо хотел знать, что именно это было. Всё тело, словно мумия, трещало по швам, напоминая, что мне уже не двадцать. Не то чтобы я далеко ушёл, конечно, — но не вздумайте мне об этом напоминать и портить момент, который хочется прохрипеть с подачей бывалого старика, поучающего детишек жизни во дворе.