Глава 7. Овсянка, корица и профессиональная привычка

Виктория проснулась от света.

Солнце пробивалось сквозь щель между шторами, и золотая полоса легла на пол, разделяя комнату Джона Ватсона на две половины — светлую и теневую. Она лежала неподвижно несколько минут, привыкая к незнакомому потолку, к чужому запаху — мужской одеколон, книги, что-то ещё, неуловимое.

Эрл Грей спал у неё в ногах, свернувшись пушистым комом. Его бок мерно поднимался и опускался, и тихое мурлыканье напоминало работу исправного двигателя.

Виктория осторожно села, стараясь не разбудить кота. Посмотрела на телефон — семь утра. В доме было тихо. Слишком тихо.

Она знала, что Шерлок не спал. Вчера, когда она уже лежала в кровати, она слышала его шаги в гостиной — туда-сюда, туда-сюда. Потом скрип стула у доски. Потом тишина, которая длилась слишком долго, чтобы быть сном.

Он опять не ложился.

Виктория встала, натянула спортивные брюки и ту самую футболку, в которой пришла сюда в первый раз. Корсет она надевать не стала — не было нужды. Волосы собрала в низкий пучок, закрепив резинкой, которую нашла в кармане куртки.

В дверях она задержалась, бросив взгляд на своё отражение в зеркале — бледное, без макияжа, с тёмными кругами под глазами. Красные ногти на этом фоне казались вызовом — ярким, почти дерзким. Она улыбнулась своему отражению.

— Ты справишься, — прошептала она.

Эрл Грей приоткрыл глаз с сердечком, посмотрел на неё с высоты своего кошачьего величия и снова уснул.

---

Гостиная была пуста.

Доска Шерлока была завешана новыми распечатками, фотографиями, схемами. На столе стояла остывшая чашка чая — нетронутая. Скрипка лежала в открытом футляре, смычок рядом — как будто он играл, но не убрал.

Шерлока не было.

Виктория прошла на кухню. Там тоже было пусто, но на плите стоял старый чайник, в шкафчиках нашлась овсянка, корица, джем — малиновый, в баночке, которая явно принадлежала миссис Хадсон.

Она включила чайник, достала кастрюлю, насыпала хлопьев. Руки работали на автомате — привычное движение, которое она делала сотни раз. Молоко, щепотка соли, корица. Помешивать, не отходя от плиты. Джем — позже, когда овсянка немного остынет.

Пока каша варилась, она нашла в шкафчике три тарелки. Три. Одну для себя, одну для Шерлока, одну для кота — Эрл Грей обожал овсянку, хотя ветеринар говорил, что это не очень полезно. Но иногда можно.

Она расставила тарелки на маленьком столике у окна — там, где обычно завтракал Джон, судя по пятнам от кофе на скатерти. Поставила чашки, заварила чай. Нашла сахарницу — старую, керамическую, с трещинкой на крышке.