Глава 11. Новый сценарий

Месяц спустя Лондон встречал её дождём — таким же, как в тот день, когда она впервые переступила порог 221Б. Но теперь всё было иначе.

Виктория стояла у окна гостиной, глядя на серые улицы, и чувствовала, как внутри неё зреет что-то тяжёлое, требующее выхода. Эрл Грей спал на диване, свернувшись калачиком на том самом месте, где когда-то спал Шерлок. Сам Шерлок был на встрече с Майкрофтом — разбирал последствия дела Уэста, которое оказалось масштабнее, чем они думали.

Она осталась одна. И впервые за долгое время у неё была возможность подумать.

Клэр выписали из больницы через неделю. Она восстанавливалась медленно, но верно, и уже начала ворчать по поводу костюмов для нового спектакля — это был верный признак, что она вернулась. Уэст сидел под следствием, его адвокаты пытались договориться о сделке, но Майкрофт был непреклонен. Три смерти, десятки искалеченных жизней, подкуп чиновников — он сядет надолго.

А Виктория… Виктория вернулась в театр.

И поняла, что это больше не её место.

---

Поначалу она думала, что это просто усталость. Первые репетиции давались тяжело — текст не держался в голове, движения казались механическими, голос звучал чужим. Режиссёр смотрел на неё с растущим беспокойством.

— Виктория, что с тобой? — спросил он после третьего дубля. — Ты играешь, как… как будто тебя здесь нет.

Она хотела сказать, что всё в порядке. Что это просто стресс. Что нужно время.

Но вместо этого сказала:

— Я не знаю.

Она вышла из театра и долго бродила по набережной Темзы, глядя на воду. Думала о том, что произошло. О том, как она стояла под дулом пистолета и не боялась. О том, как она держала руку Клэр, когда та приходила в себя. О том, как она гладила Шерлока по голове, укладывая его спать.

Она думала о Томе. О его руке, которую она держала, когда аппарат жизнеобеспечения издал этот звук. Ровная линия. Тишина.

Она думала о том, что чувствовала тогда — беспомощность, отчаяние, желание сделать хоть что-то, но невозможность.

А потом она подумала о том, что чувствует сейчас.

Она спасла Клэр. Она помогла Шерлоку. Она сделала что-то. Реальное. Важное.

Играть на сцене, изображать чужие страсти, чужие страдания, чужую радость — после всего, что было, это казалось… пустым.

Она не могла больше притворяться.

---

В тот вечер она пришла на Бейкер-стрит поздно. Шерлок был у доски, но, увидев её лицо, отложил маркер.

— Что случилось?

Она села на диван, взяла на руки Эрла Грея, который тут же пристроился у неё на коленях.

— Я не могу больше играть, — сказала она.

Шерлок сел рядом.