Вне интерпретации

Утром я проснулась с очень простой мыслью.

Если система может менять значение событий, значит, я больше не могу хранить правду только в голове.

Память — слишком мягкий материал.

Её можно подправить. Сместить акцент. Сделать менее убедительной. Дать ей новое объяснение.

Нет.

Нужно было что-то другое.

Не воспоминание.

Не сообщение.

Не ощущение.

След.

Но такой, который нельзя будет просто переименовать.

Я сидела в библиотеке за дальним столом, где обычно готовилась к зачётам, и смотрела на чистую карточку из старого каталога, которую вытащила по чистой случайности — или по привычке хвататься за всё бумажное, когда цифровое перестаёт быть надёжным.

Бумага казалась смешно простой.

Прямоугольник.

Плотный картон.

Чужие старые линии для подписи.

Никакой мистики.

Никакого пафоса.

И именно поэтому я вдруг поняла, что хочу использовать её.

Мария плюхнулась на стул напротив, швырнула рядом тетрадь и подозрительно уставилась на меня.

— Что это?

— Карточка.

— Спасибо, Рейна. Без тебя я бы никогда не догадалась.

— Я живу, чтобы просвещать.

Она сузила глаза.

— Нет, серьёзно. Почему ты сидишь с лицом человека, который сейчас либо откроет тайну мироздания, либо подделает документы?

— Может, всё сразу.

— Я знала.

Я не удержалась и улыбнулась.

Мария кивнула на карточку.

— Это связано с ним?

Я помолчала секунду.

Потом кивнула.

— Да.

Она откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди.

— Хорошо. Я официально заявляю: мне не нравится всё, что происходит с тех пор, как ты произнесла слово "он" таким голосом.

Я подняла голову.

— Каким голосом?

— Таким, который говорит: "я уже в беде, но ещё не решила, считать ли это проблемой".

— Это очень оскорбительно точное описание.

— Я талантливая.

Пауза.

Потом Мария наклонилась ближе и уже мягче спросила:

— Ты влюбляешься или разваливаешь реальность?

Я посмотрела на неё.

Потом на карточку.

Потом снова на неё.

— Возможно, это один и тот же процесс.

Мария закрыла глаза.

— Отлично. Просто отлично. Конечно. Почему бы и нет.

И всё-таки осталась.

Не ушла.

Не потребовала, чтобы я немедленно прекратила.

Просто сидела напротив, нервно крутила ручку и была рядом.

Это оказалось важнее, чем она, возможно, понимала.

Я взяла ручку и написала на карточке не имя. Не дату. Не объяснение.

Только координату.

Тот самый квартал. Та самая точка рядом с архивом.

И под ней — короткую фразу:

*Совпадение не требует разрешения.*

Мария посмотрела на надпись и медленно подняла брови.

— Это выглядит как очень красивое начало секты.

— Спасибо.

— Я не хвалила.

Но я уже почти не слушала её.