Глава 12.2
Роман Громов
- Я хочу побыть той маленькой девочкой, которая может ошибаться, и её не отругают. Я хочу быть той маленькой девочкой, что заплачет, и её успокоят, сказав, что это пройдёт. Я хочу наконец-то почувствовать, что я могу быть девочкой. Слабой. Без того, чтобы за это презирали.
Её слова повисли в воздухе - не как обвинение, а как самая чистая, самая уязвимая исповедь. Это было не просто «хочу нежности». Это было глубже... О праве сбросить непосильную ношу «сильной девочки», которую она тащила с детства.
Я не ответил сразу. Я стоял молча слушая ее, неперестанно водя рукой по ее спине. Она замерзла. За нее говорило тело, что резкими порывами вздрагивало.
Я снял пиджак, и убрал с ее плеч плед. В этот момент она смотрела прямо в мои глаза, но я знал что делаю. Я накинул на нее пиджак, а сверху и плед, и в ее взгляде прозвучало немое спасибо.
- Медвежонок, но эта девочка - часть тебя. А не вся ты. И наша задача сейчас не заморозить тебя в этом состоянии, а... Интегрировать. Дать этой девочке безопасное место внутри наших правил. Чтобы она могла выйти, когда больно или страшно, и знать, что её обнимут, утешат и скажут, что все пройдёт. Но чтобы она также знала, что рядом есть взрослая, сильная Анна, которая может принять решение, выдержать неприятное и нести ответственность.
Она смотрела на меня, и в её глазах читалось облегчение от того, что её услышали, и лёгкий испуг от того, что я говорю о «взрослой Анне». О той, которой, кажется, не существует.
- Как... Как это будет работать? - прошептала она.
- Договором, - сказал я чётко. - У нас будет два «режима». Условно назовём их «обычный» и «забота». «Обычный» - это когда мы взаимодействуем как взрослые люди, с уважением, с правилами. Там могут быть строгие тона и последствия за нарушение правил. «Забота» - это когда ты чувствуешь, что та самая девочка захлёстывает, когда больно, страшно или ты просто истощена. И ты говоришь мне кодовое слово. Любое, какое выберешь. И мы немедленно переключаемся. Никаких обсуждений, никаких последствий в этот момент. Только забота. Объятия, чай, разговор или молчание, лечение ран - что потребуется. Пока ты не скажешь, что готова вернуться в «обычный» режим.
Я видел, как в её глазах загорается слабый, но настоящий огонёк интереса. Это была не абстрактная теория, а конкретный инструмент выживания.
- А если... Если я в «обычном» режиме сделаю что-то плохое, и ты... Накажешь, а потом мне станет невыносимо? - её голос снова дрогнул.