Глава 14. Целуешься ты отвратительно

【Современность】Младший «волк в овечьей шкуре» (гун) × Властный генеральный директор (шоу)

***

На губах ощущалось мягкое давление, но жаркое дыхание несло в себе такую властную, всепоглощающую силу, будто он собирался проглотить его целиком, не оставив ни крошки.

Шэнь И, вероятно, пил молоко или ел торт, а может и то, и другое. Его губы были сладкими и ароматными, и даже Фу Юйхэ, который не любил сладости, не ощущал сильного отвращения к этому сладкому вкусу.

Приятная, сладкая дрожь пробежала по телам обоих.

В первые три секунды, когда Шэнь И прильнул к нему, выражение лица Фу Юйхэ было пустым. Редкая для него растерянность охватила его. Повышение температуры тела, ускорение кровообращения и горячие мочки ушей — всё это давало ему понять, что он немного смущён [1].

Его ладони вспотели. Его взгляд был прикован к нежным, чистым чертам лица Шэнь И, которые были подобны горсти белого снега [2], ждущего, когда кто-нибудь осквернит его [3].

[1] 狼狈的(láng bèi de) — идиома, досл. «в состоянии волка и бэя»; описывает человека, который находится в состоянии сильного дискомфорта, стыда или беспорядка.

[2] 似一捧白雪 (sì yī pěng bái xuě) — литературное сравнение, которое подчёркивает чистоту, белизну, хрупкость и нежность описываемого объекта.

[3] 染指 (rǎn zhǐ) — идиома, досл. «испачкать палец»; означает тайное или незаконное получение желаемого, посягательство на что-либо.

Фраза происходит из исторического анекдота (период Вёсен и Осеней, Цзинь), когда министр по имени 易牙 (Yi Ya), не получив приглашения попробовать мясо жертвенного животного, тайно окунул палец в бульон и попробовал его. Его поймали, и этот поступок стал символом тайного, недостойного посягательства на что-то.

Он вспомнил, что Шэнь И сказал: «Я пьян».

Чем пьян? Молоком?

Но, как ни странно, в нём не возникло чувства отвращения к этой «недоброжелательности и нечистым помыслам» Шэнь И.

Во многих случаях впечатление о человеке формируется под влиянием атмосферы и окружения, что может привести к совершенно иным суждениям.

Его пальцы, висевшие вдоль бедра, слегка сжались. Не дожидаясь, пока буря в его голове утихнет, Шэнь И уже перешёл к следующему шагу.

Это было пересечением границы, но в то же время совершенно естественным.

Он углубил поцелуй, смешивая своё дыхание с его.

Та ночь была подобна открытию новой, удивительной двери, которая привела Шэнь И к превосходному опыту.