Глава 28 "Я готов на все ради неё"

«ЛЕОНАРДО»

Она уснула, отдавшись сну с таким безоговорочным доверием, что у меня в груди защемило. А я... я лежал и не мог сомкнуть глаз, отягощенный грузом мыслей, что вились, как стая ночных птиц. Мне безумно нравилось наблюдать, как она спит — ее дыхание было ровным и тихим, губы чуть приоткрыты, а рука с доверчивой нежностью лежала на моей груди, словно и во сне ища подтверждения, что я рядом. Доминико, черт бы его побрал, был красноречив — она и правда была ангелом, заблудившимся в аду, который я называл своей жизнью.

Я еще долго смотрел на нее, на то, как лунный свет, пробивавшийся сквозь щель в шторах, выхватывал из мрака изгиб ее плеча, серебрил ресницы. Потом уставился в потолок, чувствуя, как тревога ползет по жилам холодными мурашками. Решил, что сигарета — меньшее из зол, когда сон и не думает приходить.

С бесконечной осторожностью, словно она была сделана из хрусталя, я высвободил свою онемевшую руку из-под ее головы. Она вздохнула во сне и повернулась на бок, но не проснулась. Я накрыл ее одеялом, поправив его у плеча, и босиком, крадучись, вышел из дома.

На улице ночь встретила меня прохладным объятием. Воздух был влажным и свежим, пахло мокрым асфальтом и сиренью. Я прислонился к косяку двери, достал из смятой пачки последнюю сигарету. Пламя зажигалки осветило на мгновение мои пальцы — они слегка дрожали. Я сделал первую глубокую затяжку, чувствуя, как горький дым заполняет легкие, вытесняя тревогу. Выдохнул — и густая серая дымка заклубилась в неподвижном воздухе, медленно растворяясь в бархатной темноте.

— Снова начал? — раздался из темноты негромкий, хриплый голос.

Я не сразу отреагировал, дав себе время сделать еще одну затяжку. В тени, под самым крыльцом, на старой деревянной скамье сидел Лу. Его массивная фигура была едва различима, лишь тлеющий кончик его собственной сигареты выдавал присутствие.

— Нервничаешь? — спросил он, и я почувствовал на себе тяжесть его проницательного взгляда.

Я думал, он давно спит. С учетом последних событий, нам всем следовало бы запасаться сном, пока есть возможность. Я лишь фыркнул и, отвернувшись, выпустил в ночь идеальное дымное кольцо.

— Все прекрасно, — буркнул я, следя, как кольцо тает в воздухе.

— Было бы прекрасно... — его голос прозвучал сухо, как осенний лист. — Дэниэль только что связался. Сказал, что в Наряде все на ушах. Говорят, у них там чуть ли не военное положение.