Глава 8

Утро воскресенья.

Я проснулась от солнечного света, который проникал сквозь белые шторы. Дом был тихим, непривычно уютным. Где-то внизу послышался звук кофемашины. Я накинула халат и спустилась.

На кухне стоял Мурад. В повседневной одежде, с чашкой кофе, он выглядел почти домашним.

— Доброе утро, — сказала я, открывая шкаф.

— Доброе, — коротко кивнул он, даже с лёгкой улыбкой.

Мы молча пили кофе, как будто это было привычно. А потом вниз прибежала Сафи, уже одетая, с куклой в руке.

— Мам, я пойду гулять! Можно?

— Только недалеко, — сказала я, — и скажи, куда идёшь.

— Во двор! Там такие качели! — она счастливо подскочила и выбежала.

Я встала у окна, наблюдая за ней.

— Она всё помнит, — тихо сказала я. — Сад, качели, кафе у отеля...

— А она знает, что ты вернулась не одна?

Я обернулась и строго посмотрела на него:

— Она знает, что я здесь. Всё остальное — пока не время.

Он молча кивнул.

⸻

Позже мы с Сафи пошли в кафе на территории отеля. Она болтала без умолку, как всегда. Про качели, цветы, про то, как она "сама заплела себе косу". Мурад пришёл чуть позже и сел напротив. Сафи кивнула ему, как знакомому, и сказала:

— Спасибо, что довезли меня тогда. Я всё маме рассказала!

Он усмехнулся.

— Всегда пожалуйста, малышка.

Я наблюдала за ними и чувствовала, как сжимается сердце. Он смотрел на неё с теплотой, которую скрыть не мог. А она — просто доверяла ему. Не зная, кто он.

Понедельник. Утро.

Как всегда, я проснулась раньше всех. Умылась, собрала волосы, надела блузку и юбку, провела кистью по ресницам и слегка подкрашенными губами направилась вниз.

На кухне уже кто-то был — я услышала знакомые голоса. Сафи. Асия. Тамерлан. И... Мурад.

Боже. Сейчас начнётся. Опять допрос про Тамерлана?

Я вздохнула, поправила рубашку на плечах и вошла.

— Доброе утречко, мама! — весело выпалила Сафи, как только меня увидела.

Я не удержалась от улыбки, подошла и чмокнула её в щёку:

— Доброе утро, милая.

— Доброе утро, — услышала я знакомый голос позади.

Я повернулась — Мурад встал из-за стола. И добавил:

— Жена.

Он специально сделал паузу между словами, глядя прямо на Тамерлана.

Прежде чем я успела хоть что-то ответить, он шагнул ко мне, нежно поцеловал в лоб и, как ни в чём не бывало, отодвинул для меня стул.

Я замерла на пару секунд. Сказать, что я была в шоке — ничего не сказать. Но я всё-таки села.

Краем глаза я заметила, как Асия уставилась на Мурада, приподняв брови, а Тамерлан просто застыл с чашкой в руке. Они явно не понимали, что здесь происходит.

А я сама не знала, кто из нас больше играет: я — в равнодушие, или он — в мужа.

После завтрака мы с Мурадом вышли из дома. Он шёл молча, напряжённый. Я чувствовала, как с каждым шагом его злость только нарастает.

Он открыл мне дверь машины — резко, почти нервно. Я села, стараясь не показывать, что заметила. Но вот он захлопнул дверь так сильно, что я вздрогнула. Боже, да у него сейчас весь салон вылетит.

Через секунду он сам сел за руль, руки сжали руль с такой силой, будто хотел его переломить.

— Что он, чёрт возьми, делал в нашем доме? — процедил Мурад сквозь зубы.

Я вздохнула. Ну конечно, мы об этом не могли не поговорить.

— Я откуда знаю? — сказала я, стараясь не повышать голос. — Пришёл. Мой друг. Имеет право.

Он обернулся ко мне, в глазах — огонь.

— Зачем тебе друг, если у тебя есть я? Я твой муж.

Я повернулась к нему в упор:

— Муж? Впервые слышу, что муж хлопает дверью машины так, будто ей что-то сделал не я, а твой враг.

Мурад замолчал. Руки всё ещё сжимали руль, но взгляд стал мягче. Он смотрел перед собой, не на меня. В его лице что-то изменилось — усталость? Ревность? Страх?

— Я не хочу, чтобы кто-то был рядом с тобой... кроме меня, — тихо сказал он, почти шёпотом. — Особенно в нашем доме.

Я посмотрела на него. Он больше не был тем грозным, уверенным в себе мужчиной, что только что хлопнул дверью. Сейчас он был просто... Мурад. Мой Мурад. Который боится потерять.

— Ты же понимаешь, что я не делаю этого назло? — сказала я, чуть тише. — У меня нет никого, кроме Сафи, Асии... и тебя. Хоть ты и злишь меня каждый день.

Он усмехнулся и наконец повернулся ко мне.

— Я не злю тебя специально. Просто не умею по-другому. Особенно с тобой. Ты всегда была моей слабостью, Диляра.

Он вздохнул и протянул руку — взял мою ладонь, сжал.

— Я просто хочу, чтобы ты снова была моей. По-настоящему. Без «другов», без отговорок, без прошлого. Только ты и я. И Сафи.

Я опустила взгляд. Сердце колотилось — от слов, от близости, от всего этого чертовски сложного, запутанного чувства.

— Это не так просто, — прошептала я.

— Я знаю, — сказал он. — Но я готов бороться. А ты?

Я отвела взгляд в сторону. За окном проплывал город, уже привычный, но всё равно будто чужой. Внутри меня шумела буря — я чувствовала тепло его руки, слышала дрожь в его голосе, но... не могла просто так забыть всё, что было.

— Я не знаю, Мурад, — тихо сказала я. — Может, мне нужно время.

Он кивнул. На этот раз без слов. Просто сжал мою руку сильнее, но бережно. Будто боялся, что я исчезну, если отпустит.

Больше мы не говорили. Музыка в машине играла едва слышно. И только наше молчание звучало громче всего.

Мы зашли в офис, и все сразу поглотил этот стильный, почти безжизненный уют пространства. Все было на своих местах, идеально — как будто в воздухе висела тяжёлая тишина.

Спустя несколько минут я постучала в кабинет Мурада, не решив долго ждать. Он разговаривал по телефону, поглощённый разговором. Я тихо прислушалась, но вдруг его голос прорвался в тишину.

— Мам, вы завтра уже приедете?

Он увидел меня, и мгновенно, будто осознав, что не один, сбросил трубку. Быстро и немного нервно.

— Что-то хотела? — спросил он, глядя на меня, как всегда с легким вызовом в голосе.

Я подошла, не зная, как начать. Документы тихо опустились на стол, как будто в этом жесте был скрыт ответ на все вопросы.

— Твоя семья приезжает, да?

Мурад не сразу ответил. В его взгляде мелькнула какая-то тень, которую я не могла понять.

— Да, всё будет. Что ты принесла?

Я тихо кивнула, переводя взгляд на бумаги. Он взял их, не отрывая глаз.

— Значит, нужно действовать быстро. Срочно готовить что-то.

— Я занят, Диляра, — произнёс Мурад, не отрываясь от бумаги.

В этот момент в кабинет вошел Арсен с папкой в руках.

— Я принес документы, — сказал он, ставя их на стол перед Мурадом и присаживаясь рядом.

— Так оставь свою работу, пошли, нам нужно купить продукты, — с решимостью произнесла я, не желая затягивать.

— Нет, сегодня много работы, — ответил Мурад, даже не поднимая головы.

— Да, — согласилась я, но вздохнула, понимая, что он не уйдёт так легко.

Мурад взглянул на меня, и в его глазах было что-то, что заставило его выдохнуть и поддаться.

— Ладно, — сказал он, наконец соглашаясь.

Арсен, сидящий рядом, удивленно взглянул на нас и поддразнил:

— Ого, Мурад так легко сдался. Диляра, вы мой кумир.

Я улыбнулась в ответ, подняв одну бровь, скрестив руки на груди, давая понять, что я не из тех, кто сдается быстро.

Мурад же, услышав эти слова, посмотрел на Арсена с таким взглядом, что тот мгновенно замолчал, чувствуя на себе тяжесть его взгляда.