Глава 3

Следующий день. Ночь.

Аль-Сафи капризничала — просила шоколад. Я вздохнула и решила выйти в магазин. Оставила её с Асией.
Магазин был недалеко, но идти приходилось через задний двор отеля — тёмное, глухое место, где редко кто ходил.

Тихо. Только фонари мерцали, будто вот-вот погаснут.
Я шла быстро. Ветер слегка трепал волосы.

И вдруг...
Шаги.

Чёткие. Позади.
Медленные, будто кто-то не спешит.

Я не обернулась. Только крепче сжала сумку и ускорилась.
Если обернусь — он поймёт, что я его заметила. А так — может, просто пройдёт мимо?

Нет... Он идёт за мной.

Сердце забилось чаще. Шаги стали звучать громче.
Он точно идёт за мной.

И вдруг — резкий запах. Кто-то прижал к моему лицу тряпку...
Темнота.

⸻

Утро.

Я проснулась в незнакомой комнате.
Темные стены, тяжёлые шторы. Лишь тонкие лучи солнца пробивались сквозь ткань, вырезая в полумраке тусклый свет.

Голова кружилась.
Я села, осмотрелась.
Где я?..

Вчерашняя ночь вспыхнула в памяти, как удар током.
Я подскочила, метнулась к двери — заперта.

И вдруг...
Дверь отворилась.

На пороге стоял он.
Мурад.

Я отступила назад, пока не упёрлась спиной в стену. Он вошёл медленно, как хищник, и встал прямо передо мной, загнав в угол. Его руки упёрлись в стену по обе стороны от меня.

— Зачем ты делаешь всё это? — прошептала я.

— Потому что ты моя. И это никогда не изменится. — сказал он спокойно, глядя прямо в глаза.

— Ты мне изменил, Мурад. Ты отвратителен. Я ненавижу тебя, понимаешь?

Он резко выдохнул.

— Я тебе не изменял, — голос стал жёстче. — Та тварь подсыпала мне что-то. Я даже не помню, как это произошло. Она подстроила всё. А тебя я... прогнал, потому что чувствовал себя мразью. Изменщиком. Не мог на тебя смотреть.

Я опустила глаза. Грудь сжалась.

— Тогда почему ты не пришёл раньше, а исчез на десять лет?..

Тишина. Он молчал.
Потом тихо сказал:

— Были дела.

Он убрал руки. Я кивнула, будто поняла, и пошла к двери.
Заперта.

— Ты не выйдешь, — бросил он с дивана.

Я резко повернулась к нему.

— Открывай. Мне нужно домой. Аль-Сафи меня ждёт!

— Не волнуйся, она с Асией. Всё под контролем.

Я взорвалась.

— Какого хрена ты ей сказал?! Что ты сделал с моей дочерью?!

— Я сказал — она с Асией, — спокойно повторил он.

Я подошла к столу и со всей силы опрокинула вазу об пол. Осколки разлетелись. Я тряслась от злости.

— ОТПУСТИ МЕНЯ! — закричала я, голос дрогнул.

Я кричала так, что голос срывался в хрип:

— Отпусти меня, с*ка!

Мурад встал с дивана медленно, будто каждый его шаг был заранее рассчитан. Его глаза были ледяными, спокойными — и от этого становилось страшнее. Он подошёл ближе, навис надо мной, и в уголках губ появилась тень усмешки.

— За каждый мат, — сказал он холодно, — я тебя поцелую.

Я замерла. Гнев схлестнулся с паникой. Сердце билось в горле. Я сделала шаг назад — стена. Ему некуда было ближе, но он всё равно сократил расстояние. Его дыхание касалось моей кожи.

— Тебе мало того, что сделал десять лет назад?! — выдохнула я, сдерживая дрожь.

— Мне мало тебя. Всегда было мало.

— Ты больной! — выкрикнула я, сжав кулаки. — Я тебя ненавижу!

Он усмехнулся. Тихо, почти ласково:

— Вот и третий.

— Третий что?

— Поцелуй.

Он медленно наклонился, но я оттолкнула его изо всех сил и ударила по груди.

— Не смей! Даже не приближайся!

Мурад замер. На секунду. Потом отступил. Всё ещё смотрел на меня — не с яростью, нет. С собственничеством. Так смотрят на то, что считают своим.

— Ты всё равно останешься со мной. Я всегда добиваюсь своего.

Я зарычала сквозь слёзы:

— Я не вещь! Я — мать! И ты меня больше не сломаешь.

Он ничего не сказал. Только повернулся к двери.

— Тогда будь матерью. Но помни — я знаю, что Аль-Сафи моя. А ты — моя навсегда.

Он ушёл, оставив за собой тяжёлую тишину и дрожащие стены.

Я села на пол, сползая по холодной стене, как будто силы покинули тело. Закрыла лицо руками. Слёзы вырвались сами, без разрешения. Я плакала — тихо, почти беззвучно. Только дрожь в плечах выдавала мою слабость.

Через несколько минут я поднялась. Всё, хватит. Надо выбираться отсюда.

Я подошла к двери — она была открыта.
Сердце екнуло. Я выглянула. Пусто.

Он ушёл.

Я пошла по дому, быстро, но стараясь не шуметь. Открывала одну дверь за другой.
Комнаты. Тишина. Пустые стены. Никаких следов Мурада.
В одной из комнат — мой телефон.
Лежал спокойно, будто всё это было глупой шуткой.

Я схватила его, проверила заряд. Работает.
Но я не стала никому звонить.

Я просто сжала его в руке и направилась к выходу.

И больше — ни одного взгляда назад.