2. Сойка

Клара нежно коснулась его шеи кончиками пальцев. Шай вздрогнул, они были ледяными. Игристый и чуть усталый смех, она снова работала весь день и теперь наконец вышла проверить своих мужчин. Шай тихо шикнул на нее и, обернувшись, начал брызгать водой в Клару, вызывая у нее еще больший смех. Он мыл посуду после ужина, Адевале уже спал в своей комнате.

- Вы оставили что-нибудь мне? - Клара, все еще устало улыбаясь, глянула на раковину. Там не было ни кастрюль ни сковородок, лишь пара тарелок, кружек и столовые приборы. Она невольно выдохнула. Шай заказал еду, а не стал ее готовить. Обнадеживающе, он отвратительно готовил. 

- Да, правда уже остыло. - Шай кивнул на стол, что стоял на кухне. Там стояла порция пасты с каким-то салатом. 

- Ничего, я разогрею. - Теплый свет от лампы подсвечивал ее светлые, растрепанные волосы, создавая неописуемый ореол возле ее головы.

Шай кивнул ей и снова начал оттирать тарелку, но внезапно она начала крошиться в его руках. Он вдруг выронил ее из рук и она тут же окончательно разбилась в прах, ударившись о стальное дно раковины. 

- Я... что произошло? - Шай вдруг попятился, остальная посуда так же начала таять. 

Он не успел обернуться как ледяные руки обняли его со спины, при этом, полностью обездвиживая его. Холодное тело прильнуло к нему. Мягкий, нежный и такой любимый голос прошептал так близко к его уху:

- Согрей меня, Шай.

Он проснулся.

***

Этот день для Шая начался с падения. В прямом смысле. Вставая с кровати, он наступил на тарелку и тут же поскользнулся на ней. Было ошибкой оставлять ее вчера здесь. Шай почесал больную, грязную голову и тяжело выдохнул. Кошмары так и будут преследовать его? Он выпрямился и одернул занавеску, выглядывая за окно.

Это утро... точнее уже вечер, абсолютно не задался. Проспав почти сутки, Шай чувствовал себя опухшим, голова и копчик болели, а все тело источало соленый запах застоялого пота. Он, потягиваясь и разминаясь, подошел к большому зеркалу в спальне. Солнце еще освещало комнату, и теперь он наконец смог разглядеть свое отражение. И расстроится. От некогда статного мужчины остался лишь его высохший призрак. Красивые острые скулы стали лишь подчеркивать впалые щеки, а большие черные глаза утонули в глазницах и обросли морщинами. В левом уголке рта и возле ноздрей была подсохшая кровь. Шай оттянул двумя пальцами мешок под глазом. Белок был полностью изрешечен мелкими красными капиллярами.

- Да, одним сном тут не поможешь. - Провел рукой по сальным волосам. - Стоит еще помыться.