21 глава
Ночь была душной. Воздух стоял, как перед бурей.
Дом утонул в тишине — только где-то внизу скрипнула дверь, потом звук шагов.
Розэ открыла глаза. Часы показывали почти три.
Она узнала эти шаги. Тяжёлые. Неровные.
С каждым днём Джису всё чаще возвращалась поздно, с запахом алкоголя и гари, будто из другого, чужого мира.
Розэ тихо вышла из комнаты.
Внизу — свет. Джису сидела в гостиной, закинув ногу на ногу, с бутылкой в руке. На столе — пепельница, переполненная окурками.
Дым стлался над ней, как призрак.
Она выглядела ужасно: глаза красные, под ними — синяки, губы обветренные.
Но страшнее всего было не это.
Страшнее — холод, который исходил от неё.
— Джису... — Розэ тихо шагнула вперёд. — Ты снова пила.
— А тебе-то что? — Джису даже не повернулась. Голос — низкий, с хрипотцой. — Иди спать.
— Я не могу, — почти шёпотом. — Я волнуюсь. Что происходит? Почему ты... такая?
Джису рассмеялась. Глухо, безрадостно.
— Какая, говоришь? — Она встала, пошатнувшись, подошла ближе.
В её взгляде не было ни тепла, ни сожаления. Только усталость и злость.
— Ты хочешь знать, что происходит? — прошептала она, почти у самого лица. — Хорошо. Я скажу тебе.
Розэ инстинктивно отступила.
Джису схватила бутылку и резко поставила её на стол — стекло зазвенело.
— Всё это, — сказала она, — из-за тебя.
— Ч-что? — голос Розэ дрогнул.
— Из-за тебя, из-за твоего грёбаного отца! — выкрикнула Джису. — Из-за его грязных сделок, из-за того, кого он прикрывает!
Она ударила кулаком по столу — бутылка упала, разбилась.
Осколки разлетелись, и один порезал ей руку.
Но Джису даже не вздрогнула.
— Твой отец — прокурор, да? Благородный, справедливый? — её голос сорвался в горечь. — Ложь. Он брал взятки. Он прикрывал тот самый клан, который убил моего отца.
— Что?.. — Розэ побледнела. — Это неправда...
— Ах, неправда? — Джису приблизилась, сжимая осколок в руке. — Тогда как объяснишь, что твой дядя — глава австралийского клана? Что именно этот клан заказал убийство моего отца?!
— Джису, пожалуйста... — Розэ сделала шаг назад, но Джису резко схватила её за подбородок.
— Замолчи! — выкрикнула она. — Из-за тебя я не могу им отомстить! Из-за тебя я связана обещанием, которым сама себя прокляла!
— Я... я не знала... — прошептала Розэ, слёзы выступили на глазах.
— Не знала? — Джису рассмеялась, но в этом смехе не было радости — только безумие. — Конечно. Ты ничего не знаешь! Ты просто живёшь в своём стеклянном мире и веришь, что всё вокруг — добро.