21
Тишина в доме, где теперь жил только Баки, нарушалась лишь редкими звуками старого здания. Он сидел в полупустой комнате, гладил Альпин и смотрел в стену, пока утро не сменилось днём, а день не начал клониться к вечеру. Прошлой ночью он вышел из тюрьмы, но так и не дошёл до Саши — не объяснил, почему выстрелил в неё и как пуля растворилась внутри.
Бесшумно, как всегда, в прихожую вошла Нат. Взгляд скользнул по пустым стенам, и на мгновение в её глазах мелькнуло что-то похожее на жалость — быстро, как вспышка, и тут же сменившееся привычной насмешкой.
— Девиз русской разведки: никто не должен знать даже даты твоего рождения. Особенно даты смерти. — Она прошлась по комнате, разглядывая пустые стены. — Я думала, поэтому ты потерял след, Барнс. Но вы оба идиоты.
— Следи за тем, что говоришь, — устало бросает Баки.
— Она была влюблена. По глупости сказала тебе своё настоящее имя. Которое ты, конечно же, не нашёл.
— Но в деле Гидры написано, что она продолжала сбегать в аэропорт. — Баки наконец поднял глаза. В них не было злости. Только тяжёлая, выжженная усталость.
То, что Саша всё же прилетела к нему, не бросила, уже не было новостью. Тяжёлая правда, с которой он жил последнее время. Которая въелась под кожу и не отпускала.
— Значит, прилетела в страну. Прилетела не одна, — Наташа повысила голос, и в её интонации прорезалось что-то, похожее на отчаяние. — Скажи ты сразу, что у тебя есть ребенок, мы бы не зашли в тупик в самом начале. И тогда…
— Сын, — уточнил Баки.
— Я знаю имя. Оно может быть не настоящим, но да, я знаю имя. Фёдор.
Баки равнодушно бросил взгляд на Нат. Потом медленно, с достоинством человека, который устал от чужих открытий, указал ей на дверь.
— Она не может найти его в Гидре, потому что искать нужно в Щ.И.Т.е. Разведка. Работает на русских.
— У меня действительно есть сын. — Баки наконец посмотрел на неё в упор, и в его глазах мелькнуло что-то, чего Нат не ожидала увидеть. Не боль. Не надежду. Спокойную, тяжёлую уверенность. — Вот только зовут его Френки. Метр восемьдесят ростом, шатен, голубые глаза. Работает он не на русских и не на Щ.И.Т. Работает исключительно на себя.
— Разведка, — отмахнулась Нат, не сдаваясь, хотя где-то в глубине её холодного, расчётливого ума уже начала формироваться страшная догадка. — Сука. Ты что сейчас сказал?