Глава двадцать пятая. Проповедь (О том, чего делать не стоит)
Даже несмотря на призывно чадящее кадило, служба Аарона собрала не так много народа, как обычно. Он окинул толпу хмурым взглядом и заметил, что пути Карающего Серафима почти также неисповедимы, как и пути Господни. Вчера Серафим карал тех, кто преступно отдалился от Господа, отстав от племени во время перехода, а завтра, глядишь, примется за тех, кто не посещает Службу или недостаточно щедро жертвует.
Перед ним была молчаливая стена из мрачных и испуганных лиц — возможно, Аарон уже начал экономить секретный ингредиент, чтобы растянуть его на максимально долгий срок. Как бы то ни было, сегодня он успеха не имел — но всё же добросовестно попытался затянуть псалом, по обыкновению начав раскачиваться и подвывать с иканием и ритмичным позвякиванием колокольчиков на ризе. Но когда наконец, как и много раз до этого, опрокинулся с помоста, никто не бросился его поднимать. Кряхтя и постанывая, он с трудом встал на ноги и побрел к своему шатру.
Моисей привычно зачитал очередной список бессмысленных запретов, но даже это не завело толпу — никто не требовал убрать зануду с подмостков и вернуть обратно Аарона. Служба завершилась на мрачной депрессивной ноте. Мой хозяин сегодня тоже обошелся без своего контрапункта — не рычал, не выл и не хрюкал. После ночной прогулки на свежем воздухе он спал крепким сном младенца.
День за днем мы двигались вперед — а если быть более точным, то пытались пересечь пустыню перпендикулярно нашему прежнему маршруту. В мои задачи входило отслеживать, чтобы мы случайно не подошли вплотную к ее границам. Как только я видел на карте навигатора приближающиеся зеленые пятна размером чуть больше одиночного оазиса — мы меняли траекторию. Еще одним местом, к которому я не хотел приближаться, была земля Амаликитян. Они, в конце концов, хорошие ребята. Ну, почти. В любом случае, я чувствовал перед ними вину за то, что выставил их в таком дурном свете перед своим господином. К тому же, прямой контакт с ними может привести к словесному выяснению отношений, что поставит меня в крайне неловкое положение перед господином Яхве, который ПРИКАЗАЛ мне все разговоры переводить без купюр.
Вначале я пытался построить максимально эффективный зигзагообразный маршрут, чтобы просканировать всю территорию пустыни и найти хотя бы записную книжку, но вскоре понял, что это бесполезно — в конце концов, у книжки не было радиомаяка, и ее уже давно занесло песком.